Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Если бы ему выдали на блюдечке задницу парня, достававшего его последние несколько месяцев, он от счастья член бы стер. Все же этот гарем живет по другим правилам…

""Договорились"". Тело… Тело, которое только что снова возбудили, было полно ожидания, умоляя попросить трахнуть, вот сейчас, еще раз, последний! Но остальной Айкейнури был счастлив.

— Ты мне нравишься, Айк, и ты любишь мою жену. Надеюсь, она скоро поймет, что ты для нее более подходящий вариант, чем я. Меня бы это устроило, даже без второй церемонии, потому что… Мой отец наделал кучу сыновей и ни одной дочери, и, возможно, я такой же неудачник.

Да дело даже не в этом. Как ты, наверное, заметил, я люблю другую. Так что тебе зеленый свет, парень. Но наш договор в силе до тех пор, пока ты его соблюдаешь. Иначе выебу так, как тебе и не снилось, понял?

— Да…

— Скажи так, чтобы я проникся твоим пониманием!

— Да, Верхний, — сквозь зубы процедил Айк.

— А теперь пошли под душ…

* * *Тихими шушарками парни просочились на свои места, в ноги Кэйтайрионы.

Шайн озабоченно посмотрел на Айка, убедился, что если его еще раз и поимели, то только в голову, а оно парню не помешает.

Кэйт грустила… Вечеринка уже не радовала, хотя вот-вот должен был выступить Эйнри и спеть пару своих песен.

Муж положил подбородок ей на колени и озабоченно заглянул в глаза. Волнуется. Переживает. Еще с утра сердце бы защемило от счастья, а сейчас… Кэйтайриона меланхолично погладила Эйна по слегка влажным после душа волосам. Интересно, косу он не заплел специально, или просто чтобы не возиться и скорее вернуться в зал?

Айкейнури косу не заплетает, чтобы госпожа могла перебирать его волосы в любой момент, когда захочет.

По крайней мере он так ей ответил сегодня. Айк… Еще сегодня он был такой… А теперь сидит каменным изваянием у ее ног, молчит и смотрит в одну точку где-то на противоположной стене.

А у Эйна такой виноватый взгляд, как будто это он сегодня весь день сначала злобно приставал, затем спровоцировал драку и изнасиловал ни в чем неповинного парня так, чтобы соперник под ним стонал от боли.

Зная характер мужа и его достаточно высокий порог терпимости, думать, насколько ему должно было быть больно, чтобы он позволил себе застонать при женщинах… Просто не хотелось, потому что тогда накатывала злость на Айка. Но почему-то злиться на этого раба, провинившегося так, что любая другая госпожа просто завезла бы его в бордель на обратном пути, Кэйтайриона не желала.