Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

А у него есть два варианта: или идти спать к детям, или идти спать с одним ребенком. Судя по тому, что ребенок этот уже практически уснул, а Лей — ушел, то провожать это юное тело придется ему.

— Эйн, присмотрите за детьми, пока я отнесу Юйлайя?

— Можешь сильно не торопиться, — подмигнул другу Эйнри, — великий предсказатель предусмотрительно подсуетился и пригласил им нянечку на всю ночь. При этом, похоже, оккупировал твою же комнату чтобы трах… побыть наедине с нашей госпожой.

Дэйниш обреченно вздохнул — ну, просто все против него.

"Посмотрел на сопящее у него на коленях чудо, аккуратно, чтобы не разбудить, переложил голову мальчика на ковер, встал. Взял спящее, удивительно легкое тельце на руки и понес деточку на кроватку.

Во время перекладывания деточка проснулась, обвила шею ручками, притянула к себе и… Он же не железный, в самом-то деле?! Когда тебя целует такой красивый парень, весь день явно выражавший тебе свою симпатию… Удержаться очень сложно.

Стянул с этого чуда рубашку, перевернул его лицом в подушки и…

— Тля!!! Что с твоей спиной?!

Юйлай испуганно замер. Все складывалось так хорошо. Так хорошо… Он уже просто ощущал этот желанный член, сквозь штаны, пока целовались… И такой облом.

— Это скоро пройдет… Правда, я буду как новенький, вот увидишь! — голос мальчишки зазвенел. Обидно же! Почти вот-вот уже и…

— Дурында! Тебе же повязку менять надо?

— Ну да… Надо… — голос Юйлайя совсем потускнел, превратившись в тихий шепот.

Менять повязку — это больно. Там, наверное, опять все приклеилось… Мать использовала лечебную мазь очень экономно.

Ой, только бы не закричать! Только бы не закричать…

— Тля!!! Кто ж так перевязывает?! У тебя же все бинты присохли… А ну, давай мы тебя к лекарю сейчас отнесем.

— Нет!! Не надо! Сейчас поздно, он ругаться будет и тебе потом попадет…

— За что? — искренне удивился Дэйн, потому что это же участь у лекаря такая, в любое время суток оказывать посильную медицинскую помощь. Это же правильно? За что же надо ругаться?

Юй, по голосу парня почувствовав, что здесь, в этом доме, никто ругаться на поздний визит не будет, расслабился.