Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Девушки защебетали о своем. Айрин было очень интересно, почему Айсоэль перестала приезжать, ведь ей все очень нравилось. Она даже оставалась один раз до позднего вечера и рискнула потанцевать парный танец с кем-то из гаремных мальчишек.

Все оказалось до банального просто. Айрин и Кэйтариона на поздних сроках в соревнованиях уже не участвовали, большую часть времени болтая друг с другом, и Айсоэль просто стал скучно. А после длительного отсутствия ей показалось невежливым появляться без приглашения, тем более, в дом, где теперь так много детей.

Пока девушки разговаривали, все гости совершили переход из зала в зал и расселись по диванам.

И только тогда из маленькой секретной двери, вышли Старшая госпожа Первого Дома, ее дочь и остальная свита. Во всех оттенках розового и оранжевого. Айрин про себя порадовалась своему уточненному вкусу.

Вернувшаяся на свое место Сабина одобрительно погладила племянницу по руке.

После того, как Первый Дом расположился на своем месте поудобнее, в центр зала выбежали ""персиковые"" мальчики и объявили, что сейчас, пока гости будут наслаждаться едой, их слух будет радовать ""Хрустальное трио"", а усладой для глаз послужат танцы юных наложников. Тут же появилось человек десять ""персиковых"" зайчиков, раннего пубертатного возраста, и, под нежное звучание стеклянных инструментов начали извиваться, прогибаться, плавно растекаться… Айрин сразу вспомнила Вилайди.

Дэйниш ухаживал за своей женой, подкладывая ей вкусные салатики и держа перед ней тарелку, пока госпожа ела. Очищая фрукты, нарезая овощи, подливая в бокал разные напитки и создавая свои собственные коктейли. Эйнри так же крутился вокруг Сабины. Хенгет и Майринэ обслуживали сестер Пайти.

Когда Айрин поняла, что в нее не влезет даже во-он то маленькое зелененькое яблочко, Дэйн угомонился и, обняв ее ноги, положил голову на колени.

— Золото, нам надо изображать, что ты позабыт и позаброшен, помнишь?

Дэйниш кивнул и грустно вздохнул.

— Волчонок, когда все закончится, мы запремся вдвоем, оставив детей кому-нибудь, хоть на сутки! Не грусти, хороший мой!

Дэйн снова кивнул и чуть улыбнулся.