Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Дэйн, тяжело дыша, потому что гасил остатки возбуждения, закусив губу, смотрел в одну точку и накручивал себя до состояния ""я, кретин, во всем один виноват…""

— То есть, вы мне не можете предложить решение проблемы, когда вы продолжаете общаться, и Вил при этом не страдает? Эйнри, ты его любишь или наигрался уже?

— Госпожа! Малек… Я… Он… Вы не поймете…

— А ты постарайся объяснить.

— Малек — он нежный, ласковый. Ему цветы, сладкое с рук, за ушком почесать, от кошмаров ночных спрятать.

— И ты от этого устал?

— Да нет же! Я… Мне иногда разрядка нужна.

Я с вами ласковый, с ним ласковый, с госпожой Кэйтайрионой ласковый. А я не такой! Не всегда такой. Мне иногда хочется… А малек сейчас уже не поймет…

— Ты даже не предлагал ни разу! — в дверях стоял заплаканный и злой Вилайди. — Тебя на нем перемкнуло и все.

— Ты видел, как я его беру?!

— Да!!!

— И ты думаешь, я смогу взять тебя так же?

Вил сначала молодым петушком гордо выпрямился, чтобы сказать ""Да!"", потом задумался, очевидно, представил, и тихо, еле слышно: ""Нет"".

— Все! Я хочу спать, а не устраивать разбор полетов в ночи… — Эйнри, обняв Вилайди, уже почти вышел, но вдруг вернулся. Резко схватил Дэйниша за рубашку, со всей силы швырнул на кровать, рядом с Айрин, сел на него сверху:

— И если ты сейчас напридумываешь всякой ерунды… — снова приподнял за рубашку и со всей силы, с утяжелением собственным весом в плечи — шварк! — …и завтра будешь изображать из себя целку-недотрогу с идеей фикс ""Ах, оставьте меня страдать и мозгопариться!""… — снова приподнял за рубашку, руки в волосы на затылке, и губами к губам, с силой, опять до крови, — … я тебя изнасилую при всех в гаремном зале, и ты будешь стонать подо мной и умолять не останавливаться!!!

— Буду… — Дэйниш, закрыв глаза, выгнулся в бедрах навстречу Эйнри, пальцами сминая одеяло…

Эйн, нагнувшись, сначала нежно слизнул тонкий кровавый ручеек в уголке рта, потом языком обрисовал губы Дэйна и очень-очень нежно поцеловал.

Оторвался. Облизнув чужую кровь, повернулся к Айрин. Девушка испуганно замахала на него руками, но, потом, сложив губки бантиком потянулась к брату. Эйнри, усмехнувшись, изобразил на лице похожую моську и тоже потянулся к сестре. Звонкий ""чмок"" и веселый смех.

— Спокойной ночи, госпожа!

Потом подошел к притихшему в дверях Вилайди, обнял, поцеловал в макушку.

— А ты, малек, мой личный рыжий котенок, и тебя я буду чесать за ушком, гладить по шерстке, поить молоком и баловать.