Агент из подземелья

Рыжий парик он сразу отверг, натянул темный, с пробором, и несколько минут приводил его в порядок, устранял явные нелепости. В зеркале отражался вполне приличный господин неопределенного возраста, мрачноватый, но уверенный в себе.

Без пяти восемь Алексей вошел в «Мюнхенский дворик». Пауль его узнал и даже усмехнулся. Снова та же последовательность: кружка пива за стойкой, посещение туалетной комнаты. На этот раз Пауль не предложил Уварову выйти во двор, убедился в том, что в коридоре больше никого нет, и затащил его в служебное помещение.

"

"– Слушайте меня, Мартин, пока здесь никого нет. В нашем распоряжении пара минут. Прейслер тут, сидит за столиком в углу, вы его увидите. Он еще не набрался, но уверенно к тому идет. Учтите, если этот тип будет очень пьяным, то у вас ничего не выйдет. Он уроженец городка Арбенау в Гессене, семья находится во Франкфурте-на-Майне, работает заместителем начальника отдела фортификационных работ. У человека нормированный рабочий день. Иногда он совершает поездки в укрепрайон, занимается поставками техники, следит за соблюдением норм безопасности при строительстве.

Теперь по компромату, о котором вы просили. Это весьма пикантно. В сороковом году Прейслер помог своему дружку по имени Йозеф Мориц выехать из страны, сначала в Швейцарию, потом в Великобританию. Мориц был его коллегой по работе, по национальности – еврей. Он долгое время выдавал себя за немца. Обман вскрылся, но Морица уже и след простыл. Прейслера допрашивали по этому поводу, но он вышел сухим из воды. Да, Мориц был его приятелем, но Прейслер не знал, что тот еврей, успешно прячущий свою гнусную личину. А содействие побегу – это уж полная чушь. Однако в природе существует некая Марта Виртенау, бывшая знакомая Морица, которая может подтвердить соучастие Прейслера в преступлении. Марта молчит, и те, кто в курсе, тоже молчат, поскольку не видят для себя выгод в открытии тайны.

– И вот это ты называешь пикантным? – осведомился Уваров.

– Нет, пикантность дальше, – ответил Пауль.

 – В мае сорок первого года Прейслер работал в Праге, посещал там квартиру в районе Карлова моста, где вступал в интимные отношения с неким Теодором Люммингом, мастером по костюмам пражской балетной труппы.

– В какие отношения? – не понял Алексей.

– В интимные, – повторил Пауль.

Эти слова он произнес четко, но с каким-то стеснением.

– Ну, тот мужчина, этот мужчина. Вы понимаете?

Уваров наконец-то сообразил. Вот уж воистину пикантно.