Адвокат вольного города

Вот это называется «приехали», неужели новоявленный родственник успел заложить меня в полицию?

— Куда проследовать… позвольте спросить… — стараюсь звучать ровно.

— Вас желает видеть коллежский асессор Лещёв Демид Фирсович, — с нажимом сообщает усач таким тоном, словно я должен знать кто это. — Немедля!

И он остался стоять, вытянувшись во фронт, сердито и нетерпеливо прожигая меня глазами.

Так, начинаю соображать. Форма у него точно не похожа на полицейскую, скорее какой-то иной госчиновник. Пожалуй, я даже могу его послать, сославшись на неприкосновенность жилища и явное отсутствие ордера… был бы ордер, он бы его предъявил.

Только что мне это даст? Он ведь запросто нарисуется по второму кругу с ордером или парочкой парней помоложе, которые дадут мне в бубен и в печень, в результате я всё равно пойду, куда зовут, но уже с испорченными здоровьем и настроением.

— Одну минуту, я оденусь.

Захлопываю дверь перед носом служащего. Поправляю перед зеркалом причёску и одёргиваю пиджак, беру документы.

Идти пешком не пришлось, на улице нас ожидало нечто вроде кареты с выгоревшей от времени надписью «Центральный суд». Человека, менее искушённого в судопроизводстве, это могло бы очень напугать, он подумал бы — арестовали! Но я-то знаю, подозреваемого тащат не в суд, а в камеру… околотком это вроде раньше называлось. До судебного ареста ещё нужно пройти целый ряд процедур.

Доехав до здания суда, мы поднялись на третий этаж и пройдя по уже изрядно вытертой многочисленными посетителями ковровой дорожке, остановились перед дверью с солидной табличкой: «Председательствующий Лещёв Д. Ф.»

На предупредительный стук из-за двери донеслось басовитое «войдите».

— Ваше Высокоблагородие, — доложился усач в форме и по совместительству мой конвоир, — Филинов доставлен!

— Спасибо, Модест Павлович.

Усач коротко поклонился и вышел, закрыв дверь, а я остался в кабинете.

Хозяин кабинета с какой-то вальяжностью достал из стола портсигар, оттуда вытянул папироску, закурил якобы неторопливо, но… вдруг не выдержал:

— Аркадий, мы долго с Вами будем в молчанку играть? — он выпустил густую струю дыма.