Адвокат Зверя

Услышав мое шипение, Инквизитор дернул ртом, но продолжил столь же ласково:

— Судья Дост предполагает, что снившаяся ему ночью девушка могла оказаться не порождением сна, а реальностью. И утверждает, что она могла украсть крышку и была сильно похожа на вас. Особенно тут.

И он постучал пальцем по шее.

Я вежливо сообщила следствию, что понятия не имею кто снился Досту. А крышку никогда не видела.

Инквизитор взглянул на показания приборов и тихо исчез, при всей своей показательной вежливости уходил он странно, просто был тут, а потом его уже не было.

С каждым часом и он, и Дудль становились все бледнее. Сказывалась валовая потеря магических сил от вливаний в артефакты. На последнем допросе Дудль еле ворочал языком и тяжело вздыхал, глядя куда-то в пространство.

— Мы в попе, детка, — неожиданно сказал он, подавая мне бумагу о неразглашении.

И на этом допросы были завершены.

Когда нас отпустили, обеденное время уже прошло. Маячок показал, что команда отправилась куда-то на самую окраину Хакса.

— Ладно, — сказал Родди, видя мою полную мучений физиономию, — собирайся на бал. Сегодня от тебя все равно никакой помощи команде уже не будет, а я с Пуфом хоть добегу до них, расскажу о наших приключениях и закрытом городе. А еще они целый день без криминалиста, это плохо. Может успеем хоть какие-то вопросы решить.

— Родди, огромное тебе спасибо!

Я обняла его за шею. Попрыгала от радости.

— Стоп, а что это за жезл Варрана?

— Это жезл, который может оборотня превратить в человека, — прошептал, осторожно оглядываясь, Родди. И замахал, иди-иди, все потом.

Странно, думала я, отправляясь к себе в номер. Превратить оборотня в человека очень легко, просто уничтожить его в звериной ипостаси. И тогда он трансформируется в оставшуюся у него единственную сущность — в человека.

Говорят, в старые времена такие наказания были в судебном порядке. На мой взгляд — это сродни психологической казни.

Внезапно в мою дверь постучали. Я открыла и удивилась, обнаружив скромно сложившую ладони на животе мисс Шани Дабблтон.

— Привет, — пропела она, — увидела, как ты поднимаешься, надо же как высоко тебя поселили.

— Приветствую, — сказала я.