Адаптация к взрослой жизни

18)

Памятник капитану мушкетеров

Минут через пятнадцать после ухода Виктории раздался стук в дверь. Это вернулась Лена. Подойдя к столу, она обвела нас внимательным взглядом и спросила удивительно вежливым тоном:

‒ Мальчики, можно присесть?

‒ Да, пожалуйста, ‒ суетливо отозвался Витька, указывая на свою кровать. ‒ Располагайся.

‒ Спасибо, ‒ сказала Лена, усаживаясь на кровать. ‒ Парни, у меня к вам серьезный разговор."

"‒ Мы слушаем, ‒ сказал я. ‒ Очень внимательно.

‒ В общем, суть такая, ‒ со вздохом начала Лена.

‒ Девочки очень хотят, чтобы вы ничего не рассказывали хозяевам о произошедшем случае. Саша с вечера сказала соседям, что какие-то воры на участок лезли, она крик подняла, вот они и убежали. Про драку никто кроме вас не знает, но с вашими лицами от тети Гали этого не скроешь. Давайте вы скажете, что лезли какие-то воры, вы на них выскочили, пытались схватить и получили по морде. Такая версия будет лучше для всех. И девочек хозяева не выгонят, и к вам тетя Галя относиться лучше станет. Все-таки вы ее добро спасали, рискуя жизнью. И плюс Викин парень за вас впишется, уж я постараюсь, так что вам сплошная выгода. Вы согласны?

‒ А если тетя Галя спросит, почему мы в ментуру не обратились по поводу нападения и попытки ограбления? ‒ поинтересовался я.

‒ Скажете, что побоялись из-за нелегального проживания. Прописки, даже временной, у вас нет, и к хозяевам возникает закономерный вопрос о незаконной сдаче жилья, ‒ важно ответила Лена.

‒ Вопрос денег еще никто не отменял. Уверена, если вы так скажете, тетя Галя вас вообще будет на руках носить и пылинки сдувать!

‒ Хорошо, мы согласны, ‒ ответил Витька. ‒ Но ты же понимаешь, что если мы от Васи и компании пиздюлей снова выгребем, сложно будет что-то скрывать.

‒ Не бойся, ‒ успокоила его Лена. ‒ Я уверена, что все будет хорошо. Но у меня к вам еще один вопрос. Расскажите, пожалуйста, что у вас тут произошло, после того как эти мудаки сдристнули?

‒ Я, как в глаз получил, так и не видел ни хера, ‒ признался Витька.

‒ Была какая-то ругань и суета, но подробностей не помню.

‒ А ты, Ярик? ‒ перевела Лена взгляд на меня.

Неожиданно у меня вырвались наружу скрытая злость и раздражение, копившиеся внутри целый день:

‒ А что сразу Ярик? Что тебе ‒ подружки не рассказали ничего? Заебали эти ваши секретные материалы, агент Скалли! Только вопросы да недоговорки, все чего-то шушукаются, скрывают, замышляют.