Адаптация к взрослой жизни

Ворочаясь с боку на бок, я всё думал: о разговоре с Андреем, о том, какие люди нам еще встретятся в будущем. Потом я всё-таки заснул часа на два или три, а проснулся от дикого сушняка. Было около двух часов ночи, и я поплелся на кухню, чтобы напиться. Когда я открыл кран и подставил кружку, она неожиданно выскользнула из рук и разбилась о край раковины. Я чертыхнулся и склонился к крану, жадно ловя струю ртом. Утолив жажду, я стал на коленях ползать, собирая осколки.

– Кто здесь? – хрипло окликнула меня Вера из комнаты.

– Это Ярик.

– Принеси воды, пожалуйста, пить хочу – умираю.

Я взял другую кружку и принес ей воды. Она лежала, замотавшись в два одеяла, и дрожала мелкой дрожью. Пока Вера пила, я потрогал ее лоб и сказал:

– У тебя, похоже, опять температура поднялась.

– Наверное, меня прям знобит. Но таблеток больше нет, надо до утра подождать.

– Может, пойти у хозяев попросить? Аптека только утром откроется. Или давай я чаю тебе сделаю с лимоном, пропотеешь – легче станет.

– Давай, там в шкафчике слева меда в банке оставалось чуть-чуть, добавь туда тоже.

Я вернулся на кухню и, стараясь как можно меньше шуметь, поставил чайник. Пока он закипал, я собрал оставшиеся осколки чашки, опасаясь, что на них кто-нибудь спросонья наступит. Затем заварил чай и отнес Вере. Она с трудом села на кровати и стала осторожно пить.

– Посиди со мной, пожалуйста, мне страшно, – сказала она, сделав несколько глотков.

– Посижу, конечно, успокойся, всё будет хорошо.

– Мне сон страшный снился, как будто я умираю.

– Всё нормально, я просто кружку уронил случайно, – сказал я, – Но всё хорошо, осколки уже собрал.

– Очень вовремя ты ее уронил, – улыбнулась Вера. – А вдруг бы я и правда умерла?

– Не умерла бы, это обычная простуда.

– Но ты же сам рассказывал, что от гриппа умерло людей больше, чем от чумы.

– Это было давно, сейчас всё это успешно лечится.

– Мне всё равно страшно, – призналась Вера. – Раньше я такого не чувствовала. А сейчас вдруг поняла, сейчас исчезну, и всё, дальше ничего не будет. Совсем ничего.

– Ну, может, душа в кого-нибудь переселится. Будешь в следующей жизни изящной черной кошкой, которая гуляет сама по себе.

– И которую ебут все коты без разбора.