Адаптация к взрослой жизни

Женщина откровенно скучала, явно стараясь как можно скорее разделаться с нудной обязанностью и покинуть аудиторию. Не прошло и двадцати минут, как все три студента получили нужные отметки и радостно скользнули мимо меня в коридор. Вероника Сергеевна тоже торопливо засобиралась, укладывая в сумочку разные мелочи со стола. Я решительно шагнул в аудиторию и резко захлопнул за собой дверь. Женщина вздрогнула и подняла на меня глаза:

– Здравствуйте. Что вам нужно?"

"– Я хотел поговорить насчет вашей студентки Веры из первой группы факультета виноградарства и виноделия.

Вероника Сергеевна задумалась на несколько секунд, а потом сказала:

– А, та хамка – прогульщица, которой я не поставлю допуск к экзамену. Помню, и что?

– Я хотел бы извиниться за ее поведение и попросить проявить снисхождение. Она пропускала во многом по моей вине, я ее люблю, мы встречаемся. Если ее отчислят, мы разлучимся. Я не могу этого допустить. Ее родители против наших встреч, и, если Веру отчислят, она уедет домой, мы можем очень долго не увидеться или даже расстаться навсегда!

Как часто со мной бывает от волнения, я говорил, не обращая внимания на свой от рождения очень громкий голос.

После моего признания Вероника Сергеевна от неожиданности села на стул и секунд десять молчала. Затем взяла себя в руки и с улыбкой произнесла:

– Ну прямо Ромео и Джульетта в современных декорациях. А теперь я тебе скажу, как всё было на самом деле. Это хитрая девочка угостила тебя сексом. Вернее, даже не угостила, а только пообещала, за то что ты придешь ко мне, расскажешь эту брехню и надавишь на жалость.

Она помнит, что я говорила про мужчин и семейные ценности, про настоящую любовь. Умный ход, но она одного не учла. Ты врать не умеешь, у тебя всё на лице написано.

Вероника Сергеевна сидела напротив меня и улыбалась. Неожиданно в ее глазах блеснул знакомый бесноватый огонек, и меня настигло прозрение. Передо мной сидела Вера. Вера примерно лет через десять, похожая на нее, как старшая сестра. Вот почему они так невзлюбили друг друга.

При встрече они будто взглянули в зеркало. Вероника вживую олицетворяла всё то, что так ненавидела Вера. А Вероника Сергеевна, наверное, видела в ней утраченную молодость, упущенные шансы и, возможно, что-то еще. Мне стало понятно, почему Вера отказывалась идти мириться: всё это она понимала куда лучше меня. Мне захотелось выбежать из аудитории, сгорая от стыда, но, вспомнив разговор за обедом, я решился играть до конца.

– Нет.