Адаптация

Его талант опирается не на теоретические знания, а на физические ощущения, вот их и нужно использовать.

Но какого рода атака может быть основана на ощущении пространства? Как вообще атаковать пространством?

Тут он вспомнил о Барьере. Не зря же его полное название «Пространственный Барьер»! Алекс активировал навык, стараясь почувствовать все нюансы. Он попробовал ощупать щит перед собой, но рука попросту прошла насквозь. И неудивительно, Барьер действовал избирательно – только на врагов и их атаки. Тогда он представил, что в его руке нож и поднес руку к груди – возникло странное ощущение: пальцы коснулись щита, но словно и не коснулись, их словно что-то обхватило… Какое-то давление, которое сначала едва ощущается, но стоит чуть надавить, и оно усиливается.

Щит походил не на невидимую стену, а на некое вязкое пространство.

Это ощущение его единственная зацепка и шанс подобрать ключик к пространству. Других опор попросту нет. Либо это, либо нужно плюнуть на пространство и искать другой способ, но, скорее всего, другого шанса уже не будет.

Чтобы получить результат, ему нужно вложить в тренировку все, что у него осталось.

Ползуны не замечали терзаний человека. За все это время они не сдвинулись ни на миллиметр. Охотник оценивающее взглянул на врага и сосредоточился на ощущении, которым сопровождался вызов барьера, после чего перевел внимание обратно на ползуна и попытался активировать пространственный щит так, чтобы часть его входила в плоть монстра…

Работа продолжалась до конца дня. Он умел так работать часами: с полной концентрацией и включением, но к вечеру у Алекса уже не осталось ни мыслей, ни эмоций, только сильное нервное напряжение.

Так бывает, когда делаешь однообразную работу долгое время. Но если в обычной ситуации человек мог побездельничать, послушать музыку или просто подумать о каких-то посторонних вещах, то он не может этого позволить – секрет эффективности в максимальной отдаче.

В результате к концу дня голова гудела, а глаза слезились. Чтобы снять усталость, он лег на камень и посмотрел на темный свод пещеры.

Темнота не давила, наоборот, успокаивала. Он любил темноту и раньше часто медитировал по ночам, глядя в звездное небо. Вот и сейчас мрак и тишина успокоили его и сняли напряжение.

Пришли воспоминания о людях, которые ему дороги: родители, сестры, док, пара друзей. В последние годы Алекс мало уделял им внимания, все больше занимаясь собой, общался только с доком, да и то – только потому, что тот был его врачом.