Огонек моей души

Меня ужасает вид огромного особняка, потому что я таких даже по телевизору не видела. И мне страшно до дрожи в коленках зайти внутрь. Но и бросить Марата здесь на идеальном газоне я тоже не могу.

Можно было бы передать его из рук в руки охраннику, в таких домах это же не редкость, но, как назло, ни одного из них в поле зрения я сейчас не наблюдаю. Марат щелкает пультом и ворота открываются, а потом еще и ключи мне протягивает от дверей.

Когда мы заходим в дом, я стараюсь смотреть преимущественно в пол, а не вокруг, чтобы не шокировать себя еще больше.

Едва мы делаем пару шагов вперед и один в сторону, в поле зрения попадает гостиная. Там приглушенно горят красивые светильники, поэтому я сразу замечаю на диване женщину с книгой.

- Добрый вечер, - слышу совершенно доброжелательное приветствие, но, тем не менее, мечтаю от стыда провалиться сквозь землю. Красивая и ухоженная женщина улыбается мне искренней улыбкой. А я стою, как замороженная и не знаю, что лучше делать в такой нелепой ситуации.

- Здравствуйте, - подаю дрожащий голос, - простите, что так поздно и … в таком виде.

Это все, что мне удается пролепетать в свое оправдание. Вернее, в наше общее.

- Ну, что вы, - добродушно смеется женщина, - не нужно извиняться. Я очень благодарна вам за то, что вы доставили моего сына домой. У него была сложная неделя. Меня зовут Марина Викторовна.

- А я Рита, - несмело улыбаюсь и думаю о том, нужно ли объяснять, откуда я знаю ее сына.

Вижу, с каким интересом меня рассматривает мама Марата и отвечаю ей тем же. У нее на голове в виде тюрбана завязан платок, очень красивый и дорогой. Из него выглядывают короткие темные волосы. На лице макияж, несмотря на поздний час. Она в домашнем костюме, несомненно, в очень модном и дорогом, который в той же расцветке, что и платок.

Стильная, ухоженная и красивая. Марат говорил, что она тяжело больна, но по внешнему виду этого никак не скажешь.

- Я пойду, пожалуй, - прихожу в себя и чувствую, как мне становится неудобно за бесцеремонное разглядывание, - спокойной ночи.

- Подождите, - останавливает меня уже почти у дверей, - куда вы так поздно? На улице давно ночь, я не могу вас отпустить.