А в Ростове снова дожди

Что ни говори, а засилье родственников накануне свадьбы способно выбить из колеи кого угодно.

Вместе наскоро поглощали суши прямо в гостиной и запивали сухим вином, что оказалось у Вовы в холодильнике.

– Друзья зовут меня в пятницу устроить мальчишник, – поделился с Викой Владимир. – Говорят, пятница, 13. Будет весело. Ты же отпустишь меня в последний раз перед свадьбой повеселиться с друзьями? Твой отчим тоже придет.

– Егор пойдет на твой мальчишник? – Вика пригубила остатки вина и рассмеялась. – А знаешь, с тех пор, как вы с ним познакомились, он открылся мне с другой стороны.

Маму, правда, новый Егор не очень устраивает, ведь он начал проявлять чисто мужские качества. Но лично мне Егор в роли главы семьи нравится больше, чем мама.

– А как он переживает нашествие маминых родственников?

– Проводит время наедине с Люси.

Владимир усмехнулся и привлек ее к себе. С нежностью поцеловал в макушку.

– Ты самое лучшее, что произошло со мной в этой жизни, – тихо признался он, и в его серых глазах загорелась любовь.

 – Ты дала мне то, на что я даже не смел надеяться. Больше всего на свете я хочу, чтобы мы с тобой поскорее поженились. Даже не представляешь, как тоскливо без тебя здесь по вечерам.

– Ох, я тоже этого хочу! – коснулась его колючей щеки Вика и в глазах блеснули слезы. – Моя комнатка на втором этаже в загородном доме насквозь пропитана печалью. Я хочу засыпать в твоих объятиях, просыпаться рядом с тобой. Готовить тебе завтрак, гладить рубашки. А вместо этого слушаю препирательства мамы и Егора с родственниками на первом этаже.

Она передернула плечами и горько вздохнула. – Осталось совсем немного, – шепнул он, и его губы коснулись ее губ.

Вика, чувствуя, как ее накрывает сладостной негой, прикрыла глаза и потянулась к нему. Он целовал ее мягко и нежно, лаская спину и плечи.

– А знаешь, это очень хорошая идея с мальчишником. Я могу позвать в Таганрог с ночевкой подружек! Ох, и я до сих пор не помирилась с Ритой. Мы виделись пару раз на занятиях, но даже не поговорили.

Думаешь, мне стоит сделать первый шаг ей навстречу? – прильнув к нему, задумчиво проговорила Вика.

– Конечно. Истерику ведь закатила ты, а Рита, насколько я понял из твоего рассказа, только пыталась извиниться. Я бы еще понимал твое возмущение, если бы она замахнулась на меня, но из-за грузинского кондитера… – он покачал головой и разлил в бокалы остатки сухого вина.

– Ты ревнуешь? – приподняла бровь Вика.

– Да, черт возьми, я ревную! – нахмурился Владимир.