А в мечтах ты моя

Но лучше перестраховаться, – понимая, что она здорово напугана, Краснов бросил сборы и, подойдя вплотную к ней, ласково коснулся щеки: – Я не могу тобой рисковать, даже если вероятность этого минимальна. Понимаешь?

– Д-да. Но постой… Кому это нужно? Это может быть как-то связанно с твоей работой, да? Ты кому-то перешел дорогу?

Краснов не торопился с ответом. И лишь сильней сжимал челюсти.

– Как я уже сказал, пока рано о чем-то судить.

Да, но он и не отмел ее предположение, а значит, кто-то и впрямь мог желать ему смерти.

Еще бы. Учитывая то, чем Семен занимался. Схлынувший только-только ужас вернулся. Дуня прижалась к его шее широко открытым ртом. Дыша им. Заглушая свою панику, но все равно задыхаясь.

– Ну, все-все, девочка моя. Все же хорошо.

– Да, но…

– Но что?

– Мне теперь все время придется о тебе волноваться?

Семен отстранился, так чтобы получить возможность заглянуть ей в глаза. Выискивая в них что-то одному ему ведомое.

– Это означает, что твой ответ «да»?"

"– Смотря на какой вопрос.

– Ты останешься со мной? К черту Берлин?

Дуня зажмурилась, взвешивая все еще раз. Хотя после всех брошенных с перепугу клятв и обещаний Богу думать здесь было не о чем. Этот страшный случай, возможность сравнить каждый из сценариев жизни, и ужас, который она испытала, осознав, какой может быть эта самая жизнь без него, не оставили ей и крупицы сомнений.

– У Берлина нет ни одного шанса.

– Даже если теперь тебе придется все время обо мне волноваться?

Хороший вопрос – вынесет ли она жизнь в постоянной тревоге? Она не знала на него ответа.

Но, с другой стороны, если задаться вопросом – вынесет ли она жизнь без него, ответ был весьма однозначным. Нет. А значит, нет и иного выбора.

– Даже тогда. Я постараюсь не слишком выносить тебе мозг своими женскими страхами, – всхлипнула Дуня.

– Значит, решено.

Сомнение. В голосе этого сильного, несгибаемого мужчины, который без тени сомнений бросился навстречу смертоносной лавине, послышались дикие в его устах нотки… Нотки болезненной неуверенности, от которой у Дуни в груди что-то мучительно сжалось.

Она чуть ссутулила плечи, переживая теснящую боль. Опустила голову и только тут увидела, что Краснов протянул ей руку, желая по-партнерски скрепить их союз. Но поскольку его намерение поначалу ускользнуло от ее внимания, тот был готов уже пойти на попятный. Не в силах этого допустить, Дуня спешно обхватила его ладонь и энергично встряхнула.

– Решено.