#8-Дань Псам

- Он поднял покрасневшие глаза. - Так не годится. - Показал слабой рукой на карету за их спинами. - Мы прибываем как оскорбление. Мы сами - оскорбление. Словно раскаленное копье, мы пронизываем миры, дико спешим по пути - и я должен убедиться, что все остающееся позади… э… успешно прижжено. Запаяно. Если у меня не получится, выброс силы помчится вслед, а ни один смертный не сможет долго ехать на гребне такой волны.

Чудная Наперстянка подала голос из-за спины Маппо: - Вы все должны быть Верховными Магами.

Мастер Квел кивнул, услышав ее мнение: - Признаюсь, что подобный способ перемещения начал меня тревожить. Думаю, мы раним все чертово мироздание. Заставляем вселенную… истекать кровью. О, всего лишь прокол здесь, прокол там - и неважно, что плоть реальности бьется в судорогах боли. Вот почему нет спокойных путей, Грантл. Обитатели любого из миров стремятся уничтожить нас.

- Вы сказали, что мы даже не добрались до врат Худа, - сказал полосатый мужчина.

- Да. - Маг сплюнул на песок. - Мертвые больше не спят. Что за неразбериха.

- Найдите ближайший выход в земли нашего мира, - предложил Маппо. - Оттуда я пойду сам. Собственным путем…

- Мы соблюдем контакт, Трелль. Доставим тебя туда, куда тебе…

- Не ценой возможной гибели спутников. Я не смогу этого принять, мастер Квел.

- Деньги не возвращаем.

- Я и не требую.

Мастер Квел с трудом поднялся. - Увидим, что будет на следующем броске.

Грантл тоже встал. - Вы решили отыскать новый путь?

Квел скорчил гримасу: - Оглянись, Грантл. Все решили за нас.

Маппо поднялся, оставшись с Гранлом, а Квел похромал к своей команде, собравшейся у жаровни, которую вытащили из недр кареты.

Трелль поглядел на здешний клочок земли. - О чем это он?

Грантл пожал плечами. Улыбнулся, блеснув Маппо клыками.

Чудная Наперстянка фыркнула: - Королевство Маэла. Вы двое думали, что Худ опасен?

***"

"В возрасте четырех лет Чудной Наперстянке дали дыхательную трубку и похоронили в торфе, и там она оставалась два дня и одну ночь. Возможно, она умерла. Почти все они умирали, однако душа оставалась в мертвом теле, в плену торфа, его темных, колдовских качеств. Так объясняли дело старые ведьмы.