#8-Дань Псам

- Если не упоминать насилие, любые звери, на которых мы охотимся, имеют такой же скудный выбор. Прятаться или умирать.

- Пока не остается места, где можно спрятаться.

- Но когда умрут животные, умрем и мы.

Она грубо захохотала.: - Думай как хочешь, Скиталец. Но мы так просто не сдадимся. Мы заполним пустыри скотом, козами и овцами. Или взроем землю плугом, посадим растения. Нас не остановить ничем.

- Может, Карсой Орлонгом?

Да, в этом, может, и скрыта истина. Карса Орлонг предрекает время гибели и разрушения. И она желает ему всяческой удачи…

- Там, - другим тоном произнес Скиталец, привстав в стременах.

- Недалеко же он ушел…

Семар и сама смогла разглядеть его со спины Ущерба. Карса встал в тысяче шагов и смотрел на них. Вокруг в траве виднелись горбы, похожие на валуны или кочки - хотя она понимала, что это нечто совсем иное. - На него напали, - сказала Семар. - Идиоты не хотят оставить его в покое.

- Думаю, теперь их духи дерутся между собой.

Они подъехали ближе.

Тоблакай казался таким же, как в последнюю встречу - на песке арены Летераса.

Таким же твердым, уверенным, неотразимым. “Я убью его… один раз”. Он так и сделал. Преодолев… всё. О, он смотрит на нее и Ущерба с тем же видом хозяина, подозвавшего любимых собак. Она вновь разгневалась.- Я тебе ничего не должна! - бросила она, бешено натягивая поводья, остановив жеребца у самого его носа. - Ты бросил нас - там, в треклятом иноземном городе! “Выбери нужное время”, сказал ты. Я выбрала! Но ты куда пропал, во имя Худа? Там…"

"И она завизжала, ибо громадный воин стянул ее с седла одной ручищей, и прижал к себе в удушающих объятиях.

Негодяй смеется, и даже Скиталец - проклятие дураку! - улыбается, хотя и напряженной улыбкой, не забывая о дюжине трупов, простершихся в кровавой траве.

- Ведьма!

- Опусти меня!

- Поразительно, - проревел великан, - как Ущерб терпел тебя все время пути!

- Опусти!

Тогда он бросил ее. Колени подогнулись, женщина шлепнулась на спину, так что застонала каждая косточка. Она смотрела на него снизу вверх - но Карса Орлонг уже отвернулся и взирал на Скитальца, оставшегося в седле.

- Так ты ее муж? У нее должен был быть муж - иначе почему она отказывала мне? Отлично! Мы будем драться, ты и я…

- Тише, Карса! Он мне не муж, и никто не будет за меня драться! Потому что я не принадлежу никому, кроме себя самой. Понял? Хоть когда поймешь?

- Семар Дев все сказала, - заявил Скиталец. - Мы повстречались недавно, потому что путешествовали по равнине, и решили ехать вместе.