#8-Дань Псам

Дверь открылась.

Вошел широкоплечий, хорошо одетый человек. Он тяжело дышал; голубые глаза обежали всех, прежде чем остановиться на Колотуне. Тот встал.

- Советник Коль. В чем дело?

- Нужна ваша помощь, - ответил дарудж - аристократ, и Хватка хорошо различила тревогу в его голосе. - Высший Денал. Вы нужны мне. Прошу.

Не дав Колотуну ответить, Хватка вышла вперед. - Советник Коль, вы пришли один?

Мужчина нахмурился. Небрежно махнул рукой: - Скромный эскорт. Два стражника. - Только сейчас он заметил меч на столе.

- Хватка, - сказал Колотун, - я возьму Жемчуга.

- Мне не нравится…

Однако целитель оборвал ее: - Нам же нужна информация? Коль сможет пособить. К тому же они не могли послать за нами несколько кланов сразу. С одним вы разобрались. Гильдии требуется время придти в себя, назначить новых - хотя бы день у нас есть.

Хватка оглянулась на советника, который, если раньше не понял, что тут происходит, только что получил необходимые намеки. Сказала ему со вздохом: - Кажется, кто-то желает видеть нас мертвыми.

Но Коль потряс головой, не сводя взгляда с Колотуна. - Целитель, прошу.

Колотун кивнул скривившемуся Жемчугу. - Ведите, Советник. Мы с вами.

***

“… и обнаружил Оссерика, верного союзника, поверженным, и кровь была на лице его, и был он лишен сознания. И Аномандер пал на колени и воззвал к Тысяче Богов, кои поглядели сверху на Оссерика и узрели кровь на лице его. Милосердно они вернули его к сознанию, и он встал.

И так стоял Аномандер, и они обратились лицом друг к другу - Свет против Тьмы, Тьма против Света.

И гнев обуял Аномандера. - Где Драконнус? - вскричал он верному союзнику. Ибо когда Аномандер покидал его, злой тиран Драконнус, Убийца Элайнтов, был рукою Аномандера повержен и лишен сознания и кровь была на лице его. Оссерик же, принявший обязанность охранять Драконнуса, пал на колени и воззвал к Тысяче Богов, ища милосердной их защиты от ярости Аномандера. - Я был превзойден! - воскликнул, отвечая, Оссерик.

- Однажды, - поклялся Аномандер, и тьма его взметнулась ужасной бурей, и Оссерик отпрянул, словно солнце зашло за тучу, - окончится наш с тобой союз. Обновится наша вражда, о Сын Света, Дитя Света. Мы оспорим каждую пядь земли, каждый клок небес, каждую струю чистой воды. Мы будем сражаться тысячу раз и не будет милосердия между нами.