#8-Дань Псам

Сантбала…

- Был пронзен в сердце Горласом Видикасом. Первая серьезная победа ублюдка.

Муриллио поморщился: - Это не дуэль. Сантбала почти ослеп, хотя из гордости это скрывал. Победа обошлась Горласу в один порез на запястье.

- Молодежь предпочитает не ранить, а убивать.

- Да, вот до чего скатилась дуэль. К счастью, большинство ваших учеников скорее порежут себя, чем противника. Подобные раны редко смертельны.

- Как вас зовут?

- Муриллио.

Она кивнула, словно уже успела догадаться. - Вы здесь потому, что хотите стать учителем.

- Он выследил бы меня и убил. Да. Он презирал школы. Да и сами дуэли презирал. Сказал как-то, что учить рапире - все равно что вкладывать ядовитого гада в руку ребенка. Обучение его не радовало; он не удивлялся, узнав, когда кто-то из его элитных учеников или погибал, или спивался.

- Но вы не сделали ни того, ни другого.

- Верно. Я охотился на женщин.

- Но они оказывались слишком быстроногими?

- Вроде того.

- Я Стонни Менакис. Школа существует, чтобы делать меня богатой. Это работает. Скажите, вы разделяете ненависть вашего мастера к учительству?

- Думаю, не так страстно. Не ожидаю, что стану получать наслаждение… но сделаю все, что нужно.

- Постановка ног.

Он кивнул: - Постановка ног. Искусство отхода. Все позиции, “оборонительная сеть”, что поможет им сохранить жизнь. Обездвиживающие выпады в запястье, колено, ногу.

- Не смертельные.

- Да.

Она выпрямилась со вздохом: - Отлично.

- Уверен, что сможете.

Она удивленно поглядела на него и сказала: - И не думайте охотиться на меня."

"- Я с охотой покончил. Или, скорее, охота покончила со мной.

- И хорошо…

Тут они увидели, как в двери входит пожилая женщина. Голос Стонни почему-то … изменился. - Мирла. Что ты тут делаешь?

- Я искала Грантла…

- Идиот уехал с трайгаллами. Я его предупреждала, но он все равно решил убить себя ни за что ни про что…

- Понимаешь, дело в Харлло…

- Что с ним?

Старушка вздрагивала при каждом вопросе Стонни.

- Пропал.

- Что? Давно ли?

- Цап сказал, что видел его два дня назад. На пристанях. Он всегда возвращался вечером… ему всего пять…

- Два дня?!

Муриллио видел, как белеет лицо Стонни, как загорается в глазах ужас. - Два дня!

- Цап сказал…

- Тупица! Твой Цап врун! Треклятый вор!

Под таким напором Мирла отступила на шаг.