#8-Дань Псам

Тисте Анди.

Вздох превратился в свист - зубы его изрядно поредели. Разумеется! Если он продолжит двигаться в том же направлении, совершит полный круг - назад в то жуткое место… как его? Да, Коралл. Неразбериха из-за Паннион Домина. О, что за глупость! Жалкий, неуклюжий идиотизм того дня!

Может быть, это двое тех проклятых охотников? Им удалось его выследить, и сейчас они рванулись к югу, готовые к встрече лицом к лицу? Что же, он будет рад. Случалось ему убивать драконов, и чистокровных и Солтейкенов.

Разумеется, по одному. Двоих за раз… это будет вызов. До сих пор погоня выглядела жалкой, неуклюжей. Так легко обмануть их, отвести в сторону. Он много раз мог устроить ловушку - наверное, так и надо было сделать. Он хотя бы смог узнать причину назойливого - да, просто патологического! - упорства. Он действительно сильно разгневал Рейка? Это кажется смехотворным. Сын Тьмы не из породы одержимых; никто из Тисте Анди не упорен, и это ли не главная их слабость? Слабость воли.

Чем же он разозлил Корлат и Орфанталя? Тем, что не остался в тот день, не стал сражаться на стороне обреченных глупцов? “Пусть малазане истекают кровью! Они были нашими врагами! Пусть Т’лан Имассы предают Серебряную Лису - она заслужила!

Это была не наша война, Бруд. Не наша война, Рейк. Почему ты не слушал меня?

Ба! Так приходите ко мне, Корлат, Орфанталь. Идите! Покончим со всей этой чепухой!”

Двойная вспышка силы медленно угасала.

Далеко на востоке койоты возобновили злобное тявканье.

Он поглядел в небо, увидев явление луны, ее уродливую улыбку - отраженный свет солнца, мутная пыль растревоженного сна. “Погляди на себя. Твое лицо - мое лицо, давай без обмана. Избитое кулаками, но поднимающееся вновь и вновь, снова выходящее в путь. Небу плевать на тебя, дорогуша. Звезды даже не видят тебя.

Но ты идешь и идешь, потому что так нужно”.

Последний пинок по углям. Пусть трава запылает за спиной - ему все равно. Нет, он не закончит круг - никогда не заканчивал, и это сохраняет ему жизнь уже очень давно.

Зачем менять привычки?

Каллор двинулся дальше. На север. Там, припоминал он, есть селения и дороги, и большой торговый тракт, вьющийся к западу и югу через Коричные Пустоши до самого Даруджистана. Где у него назначена встреча. Где судьба ждет, когда он провозгласит право меча и могучей воли.

Лунный свет выделил его рваную тень. Каллор шел, не обращая внимания на подобные мелочи.