#3 Печать Пожирателя

Придётся пролететь… Даже не помню… Альфред! Сколько до поместья Йордунг?

— …

— Нормально, в общем, придётся пролететь… Но ты не переживай! Вас заберёт мой самолёт, он очень комфортабельный и быстрый! Восемь часов пролетят незаметно, уверяю!

— Восемь часов⁈ Пётр, скажи-ка прямо — куда мы летим?

Глава 7

Йордунг

27 декабря.

За стеклом иллюминатора проплывали бескрайние, заросшие многовековым лесом горы. Над островом Сахалин и Тихим океаном поднимался розоватый восход, и зрелище было великолепным — аж дух захватывало от всех красок, которые рисовали раскинувшийся за иллюминаторами пейзаж.

Самолёт начал плавное снижение. Мы с Илоной, сидящие в комфортабельных кожаных креслах друг напротив друга, пристегнули ремни.

— Мне до сих пор не верится, что мы пересекли всю Империю на личном джете Салтыкова, — призналась рыжая, миленько прикусив губу, — Ещё полгода назад я бы о таком и подумать не могла!

— А всего-то нужно было поучаствовать с ним в паре потасовок, да? — усмехнулся я.

Хотя «изменение планов» князя, как он это назвал, удивило и меня.

Не то, чтобы сильно волновало, где именно будет проходить празднование Нового года — для меня этот праздник (как и любой другой) не имел особой эмоциональной ценности. Но сам факт, что за нами двумя отправили частный самолёт, на котором доставили на другой конец Империи — был приятен.

Настроение вообще было отличным.

Я даже лишний раз не задумывался о Юсупове, и нашем последнем разговоре. О том, что мне нужно что-то вызнать у Салтыкова, и прочем-прочем-прочем.

Недомолвки и тайны от инквизитора изрядно подзадолбали. Но, по-крайней мере, за несколько дней до вылета он встретился со мной, и…

М-да, на самом деле наш разговор нельзя было назвать «инструктажем».

Без лишних подробностей граф всего лишь предупредил, что Салтыков давно разыскивает убийц своих родителей, и не гнушается помощью всяких-разных личностей и группировок. Частенько — не самых заслуживающих доверия.

Да, в Империи, несмотря на железную хватку дворянских родов, было мно-о-о-ого разных формирований.

Как официально запрещённых — так и тех, на которые в правительстве смотрели сквозь пальцы."

"Еретики, чернокнижники радикалы, левые, правые, ревнители чистоты магии, их противники, ратующие за всеобщую отмену колдовства, какие-то секты, отшельники, проповедующие собственные учения — несмотря на «современность» этого мира, в нём всё оставалось едва ли не также, как пятьсот, или даже тысячу лет назад.

И найти можно было придурков на любой вкус и цвет.