28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Два горящих танка стали предупреждением для экипажей других машин.

Рота Павла Гундиловича столкнулась с десантом и двумя бронетранспортерами, идущими вслед. Так получилось, что рота оказалась на фланге удара, куда немцы пустили штурмовые взводы.

Немецкая пехота наступала решительно и умело. Поднималось и делало перебежку одно отделение, затем его меняло следующее. Отделения были численностью по двенадцать-пятнадцать человек, в каждом имелись ручной пулемет и несколько автоматов. За счет автоматического оружия штурмовые группы создавали высокую плотность огня.

Пока атакующих сдерживал «максим» и ручные «дегтяревы». Но уже появились первые потери. Это с высоты двух метров, прикрытые щитками, рассеивали очереди пулеметы обоих бронетранспортеров.

Немецкую пехоту удавалось пока сдерживать, но бронетранспортеры все увереннее продвигались вперед. Очередь хлестнула по «максиму», второй номер выпустил из рук ленту и опустился на корточки.

Две пули угодили ему в верхнюю часть груди. На губах пузырилась кровь, он пытался что-то сказать, затем бессильно вытянулся.

Политрук Василий Клочков, в бушлате со звездой на рукаве (он не любил длиннополые шинели), наклонился над телом.

– Василий Георгиевич, – вытирая пот с лица, проговорил сержант Петренко. – Прикончат нас эти гробы на гусеницах. Попроси помощи у артиллеристов.

Вся артиллерия, которая имелась поблизости, состояла из двух старых горных пушек с короткими стволами.

Быстрый и порывистый Клочков на бегу предупредил капитана Гундиловича:

– Я к пушкарям. Может, прикатим одну «трехдюймовку». Надо бронетранспортеры укоротить. Башку не дают поднять.

Командир роты кивнул. Он знал, что его молодой напористый политрук решит вопрос. Сам капитан обходил окопы (хорошо, что соединили их неглубоким ходом сообщения).

Рота вела огонь, несмотря на пулеметные трассы, густо летевшие из бронетранспортеров. Головной из них приблизился метров на сто семьдесят. Второй, более осторожный, держался поодаль.

«Еще танков не хватало! – с досадой подумал капитан. – Тогда вообще худо придется».

Основной танковый удар, устремленный на Волоколамск, немцы нанесли левее. По свидетельству очевидцев, в нем участвовали свыше сорока машин.