22 июня — 9 мая. Великая Отечественная война

Немецкий гужевой обоз под атакой советских штурмовиков

Разбитый советской авиацией полугусеничный транспортер с четырехствольной 20-мм установкой «Флакфирлинг»

Драконовские меры секретности пронизывали всю советскую «военную машину» снизу доверху. Планы операций фронтов разрабатывались группами из двух-трех штабистов, писались обычно от руки и докладывались в Ставке Верховного Главнокомандования, как правило, лично командующими. Фронтовые, армейские и дивизионные газеты публиковали материалы только по оборонительной тематике.

Работа мощных радиостанций временно прекратилась. Немецкий историк Рольф Хинце позднее с досадой отмечал, что «русские, вопреки своим привычкам, соблюдали на этот раз полное радиомолчание». Разумеется, советские приготовления в Белоруссии не могли остаться вовсе незамеченными немецкой разведкой. Однако масштаб вскрытых его перемещений советских войск был невелик и поэтому недооценен. В немецком бюллетене с оценкой положения противника на Восточном фронте от 13 июня 1944 года указывалось, что готовящиеся наступательные действия Красной Армии «против группы армий «Центр» имеют цель завести в заблуждение германское командование относительно направления главного удара и оттянуть резервы из района между Карпатами и Ковелем». Успокоенный генерал-фельдмаршал Эрнст Буш за три дня до советского наступления отправился в отпуск.

Немецкая колонна, уничтоженная советскими штурмовиками в 6 км от селения Ракув

Немецкая средняя самоходно-артиллерийская установка «Штурмгешюц», уничтоженная на дороге советскими штурмовиками

Последним подготовительным мероприятием перед началом «Багратиона» стало разминирование.

Оно проводилось в последние две ночи перед наступлением. Чтобы не вызвать подозрений у противника, мины не снимались, а обезвреживались. Из них просто выкручивались взрыватели. Тяжелее всего было обезвреживать установленные еще весной натяжные мины. Выросшая трава перепуталась с проволокой, надежно ее замаскировав. За две короткие летние ночи были сняты тысячи своих и немецких мин. Опыт войны, причем как собственный, так и противника, привел к необычному решению: сплошному разминированию. Если раньше перед наступлением в собственных минных полях делались отдельные проходы, то летом 1944 года на направлениях ударов Красная Армия предпочитала снимать их вовсе. В дыму поля боя обозначения проходов были плохо видны танкистам, и неизбежно происходили подрывы. Теперь проблема решалась радикально.