1971

Я даже забеспокоился – не собирается ли она пойти путем Леночки?! Этого я не перенесу! Но нет – никаких сексуальных домогательств, только финансовые.

– Слушайте меня внимательно, Миша! Есть чудесная, великолепная возможность, о которой я подозревала, но не была совершенно уверена! И только для вас – так как вы человек деловой и понимающий. – Она бросила взгляд на портфель в моих руках. – Есть квартира – отдельная квартира! Возле метро Динамо, в «сталинке»! Великолепная однушка! В ней жила одна поэтесса, у которой не осталось никакой родни! Жила, а не живет потому, что квартира отойдет исполкому после ее смерти! А она при смерти! В больнице! И врачи говорят, что прогноз совсем плохой! Буквально сегодня-завтра может умереть! Поэтессу жаль, но… такова жизнь! Я ее навещала, она согласна прописать вас в эту квартиру.

– Подождите… а я же не выписан! Как же она пропишет меня здесь?!

Сказать, что я был ошеломлен, – ничего не сказать. Такого напора и такой быстроты я не ожидал.

– У вас там стоит штамп: «Временная прописка», а значит, выписываться не нужно! – торжествующе помахала кулаком Лидия Петровна. – Я все узнала! Паспорт ваш уже у паспортистки!

– А заграничный? Заграничный-то у меня! – растерянно развел я руками.

– Неважно. Приедете – все равно сдадите заграничный, потом новый дадут. А ваш адрес там никому не интересен.

Точно. Компьютеров нет, сравнивать никто не будет. Странно, и почему я не обеспокоился тем, что у меня временная прописка? Зина что-то говорила насчет этого – мол, надо пойти, сделать постоянную, но я все ленился.