13 минут

Эйден не отвечал, хотя она поставила в конце знак вопроса, чтобы поторопить его с ответом. Она пыталась не расстраиваться. Она уже должна была привыкнуть к этому. Бекка ненавидела себя за то, что написала ему. Теперь все, что происходило в его жизни, ее не касалось, даже если она каждое утро просыпалась, надеясь прочитать его сообщение о том, что он передумал, что бросить ее было ужасной ошибкой. Что он до сих пор ее любит.

Она смотрела на газету, но не читала заметку. У нее был урок театральных технологий, и она его прогуливала.

Вряд ли у нее могли возникнуть проблемы из-за этого. Было бы лучше во всех отношениях больше не изучать этот предмет – на самом деле она была уверена, что все только обрадуются, если она бросит школу.

Таша тоже с ней больше не общалась.

Мне жаль, Бекс, правда, но, глядя на тебя, я вспоминаю о бедной Ханне и о том, как Хейли и Дженни со мной поступили. Знаю, это не твоя вина, но мне нужно попытаться жить дальше.

Она даже перестала отвечать на сообщения об их шахматной партии.

В ее свите были теперь новые Барби, и на ее стороне были симпатии всей школы и города. Бекка могла представить, сколько сейчас у Таши друзей на «Facebook». Иногда у нее появлялся соблазн зайти туда и посмотреть, что происходит в этом другом мире, но она деактивировала свою страницу и удалила профиль на «Twitter», после того как случилось все это дерьмо.

Так всегда было и будет. Таша красавица и жертва, а людям надо кого-то ненавидеть, и Бекка была идеальным кандидатом. В конце концов, это же она управляла осветительной установкой.

Она позволила Хейли залезть на стремянку. Технически, как она услышала в женском туалете в первый день, когда вернулась в школу, она тоже была убийцей, как Хейли и Дженни."

"Кроме того, оказалось, что у Ханны действительно были друзья, кроме нее. Бекка, вероятно, была слишком сосредоточена на себе, чтобы их замечать, но они существовали. Возможно, она нравилась Ханне больше, чем другие, но Бекка не была ее единственной подругой. По всей видимости, быть в школе невидимкой не означало не иметь друзей.

Когда Бекка снова стала ходить с Ташей, Ханна делилась своей обидой не только с мамой. Ту незнакомую девушку, с которой Ханна тогда шла на урок географии, оказывается звали Адель Коттерил, и Ханна часто плакалась ей в жилетку. Хуже всего было то, что, по словам Адель, исходя из всех ее постов на странице памяти Ханны Альдертон, которую она создала, Ханна никогда не была стервой. Она всегда видела в Бекке лучшее.