100 великих интриг

дож Пьетро Градениго осуществил реформирование Малого совета в Большой совет: отныне он расширялся, но избираться в Совет могли только нобили, чьи фамилии были записаны в особую Золотую книгу. То есть Большой совет стал наследственной коллегией, а Венеция окончательно переродилась в аристократическую республику.

С этого времени нобили более всего опасались сговора между народом (преимущественно купечеством и крупными землевладельцами) и дожем, который мог попытаться установить в стране диктатуру.

Последние часы дожа Марино Фальеро. Художник Ф. Хайес. XIX в.

Первый такой заговор был раскрыт в 1310 г. Некто Байамонте Тьеполо, весьма популярный среди венецианцев, в сговоре с крупным землевладельцем Марко Кверини и патрицием Бадоеро Бадоером, попытался низложить непопулярного дожа Пьетро Градениго и разогнать Совет. Мятеж против аристократии, вспыхнувший в ночь с 14 на 15 июня 1310 г., был подавлен. Кверини убили в схватке, Бадоера казнили, а Тьеполо бежал и в дальнейшем издалека тщетно плел интриги против республики.

Итогом заговора Тьеполо стало учреждение в Венеции знаменитого Совета десяти – одного из самых страшных и жестоких судилищ в мировой истории. Первоначально Совету вменялось в обязанности следить за сбежавшими заговорщиками, но со временем в его ведение вошли шпионаж по всему миру, допросы с пристрастием и содержание в тюрьмах. Совет десяти состоял из 17 самых могущественных нобилей, дожа и шести его советников. Он никому не подчинялся, ни перед кем не отчитывался, имел право похищать людей, тайно судить их и расправляться с ними по своему усмотрению.

Самым знаменитым деянием Совета десяти стала расправа в 1355 г. над дожем Марино Фальеро и его сторонниками.

В течение длительного времени Фальеро был весьма влиятельным нобилем Венеции. Был он послом в Генуе и в Риме, долгое время состоял членом Совета десяти, известен как удачливый полководец, командовал венецианским флотом на Черном море, исполнял должность падеста (главы городской администрации).

Далее события развивались по поговорке «седина в бороду – бес в ребро».