10 000 € за ночь

Чувство, которое я испытала, когда увидела среди мозаики фотографий фотографию с ней, я ранее не испытывала и названия ему не знала. Наверное, я просто выпала в осадок. Смесь изумления, интереса, волнения и первобытного какого-то страха, возникшего в одно мгновение, оглушила меня.

Я смотрела на себя. Я никогда не носила это платье, никогда не надевала таких серёжек, никогда не общалась с девушками, стоящими по обе стороны от улыбающейся Леры, и тем не менее они почему-то казались мне знакомыми. Ужас был в том, что я будто бы была там, да просто не помнила этого.

Будто бы у меня была амнезия. Будто бы вообще всё, что происходило со мной тогда — я позабыла и зачем-то придумала эту Леру. Я всерьёз забеспокоилась за свой рассудок, потому что моё восприятие увиденного очень напоминало мне мои же представления о раздвоение личности или какое-нибудь подобном психическом расстройстве.

На фотке совершенно точно была я. В смысле, меня там совершенно точно не было, но запечатлённая на этой фотографии молодая женщина была вылитой мной.

Точнее, я теперь была вылитой ею. И это реально и удивляло и пугало и заставляло как-то цепенеть от попыток это осмыслить. Было в этом что-то настолько жуткое, что неприятные мурашки пробежались туда-сюда по спине промеж лопатками. Мне действительно стало откровенно не по себе, особенно с учётом понимания того, что этой девушки не было в живых.

— Всё, время вышло! — раздался рядом нетерпеливый голос Пашки. — Время вышло, говорю! — он резко потянулся к телефону, желая забрать у меня его, и я совершенно автоматически быстро увела руку с телефоном в сторону.

 — Эй, отдайте, вы же обещали!

Совершенно растерянная, я рассеянно вернула телефон и тихо сказала:"

"— Прости, засмотрелась… — я отдала ему пятисотенную купюру. — Паша, а можно… А ты можешь сюда завтра ещё прийти? Я тебе снова пятьсот рублей дам за пять минут пользования твоим телефоном…

— Завтра не смогу, — заявил Пашка, деловито убирая деньги и телефон в задний карман штанов. — Послезавтра, может, смогу.

— А во сколько сможешь? — спросила я.

— Ну, не знаю… Часов в шесть, может в семь…

— Вечера?

— Ну не утра же! — звонко хохотнул он.

— Давай в семь?

— Ну, о'кей.

— И не пять минут, а побольше. Десять, например. А я тебе не пятьсот, а тысячу рублей дам.

— Годится.

— Договорились, значит?

— Угу. Ну, всё, пока.

— До послезавтра, Паш! — крикнула я ему вдогонку, но он даже не обернулся, только рукой махнул и помчал себе сквозь дубраву, сверкая подошвами кроссовок.