10 000 € за ночь

Врач пожимал плечами, показывал мне на компьютере каким станет мой нос в результате операции, спрашивал моё согласие на каждое изменение, говорил о том, что после операции, мне ставят в нос силиконовые сплинты, что период реабилитации будет длится примерно неделю, может чуть дольше, что возможно мне придётся поносить некоторое время гипсовую повязку, что мне нельзя будет в течении трёх недель заниматься сильными физическими нагрузками и посещать бассейн, а первые три дня нужно будет избегать слишком горячей и слишком холодной пищи, а значит, например, никакого мороженого и так далее и тому подобное, вплоть до того, что я должна буду показываться ему каждый день на протяжении первой недели после операции.

"

"Олег заверил его, что всё так и будет, хотя, насколько я знала, он собирался улететь по делам в Западную Европу как раз на тот период, когда моим преображением должна была заняться вся эта армия нанятых им специалистов. У меня только преподавательниц танцев на этот период появилось две.

Бальным со всеми этими ""деми плие"" обучала Мария, очень серьёзная девушка чуть старше меня, в танцевальный зал которой мне нужно было подъезжать ровно в девять утра для двухчасовых индивидуальных занятий. А бачате и сальсе меня обучала в клубе Алина, сочетая индивидуальные занятия с групповыми, причём по настоянию Олега, моей парой всегда должна была быть только женщина. И никаких мужчин. Даже при занятиях в группе.

Ну и так далее.

Шоппинг, спа, танцы, посещения пластического хирурга — всё моё время на протяжении двух с половиной недель, в том числе во время длительного отсутствия Олега в доме, было нацелено на создание совершенно другой меня. И всё это время меня обязательно кто-то да сопровождал — в основном безымянные суровые лбы в чёрных костюмах из приставленной ко мне охраны. Я следовала очень чётким распоряжениям Олега и каждый мой шаг он тщательно контролировал.

И вот наконец наступил тот день, когда согласно условиям нашего контракта, Олег обязывался платить мне 1000 евро за каждые сутки, которые я буду проводить вместе с ним, но сначала я должна была отработать деньги, вложенные в моё преображение.

В тот вечер я по сложившейся уже привычке, читала в своей комнате книгу. Вечерами я оставалась одна, после ужина обо мне и вовсе будто бы забывали, а Интернета или телевидения в моей комнате не было. Читать же мне разрешалось.