07'92

– Ну как-то так, пацаны…

Но я так легко отступаться не собирался и взял инициативу в свои руки.

– Уважаемый, а Карбид никого с собой не приводил?

На толковый ответ не рассчитывал, просто хотел завязать разговор, но худой неожиданно поднял к потолку указательный палец.

– Приводить – не приводил, а вот его самого подвозили. И не «бомбила» левый, Карбид в тот раз долго о чём-то с водилой тёр. Потом с нами рассчитался, все долги закрыл.

– Что за тачка была? – заинтересовался я.

И тут неожиданно отмер обдолбанный тип в кресле.

– А чё за вопросы странные? Вы мусорские, што ле? – прогундосил он, сверкнув золотым зубом, а после упёрся ладонями в подлокотники и начал вставать.

Дюша положил ему на лоб раскрытую ладонь и толчком усадил обратно.

– Да нормальные это пацаны, вы чего, в натуре? У Андрюхи с Графом всё чики-пуки! Вы же Графа знаете! – засуетился Стас. – Пацаны просто Карбида ищут!

Нарк вновь попытался подняться, и на этот раз Фролов вернул его в кресло куда жёстче.

– Не рыпайся! – потребовал он.

Парень сплюнул на пол, но дёргаться перестал. Видно, что крепкий, но обдолбан в ноль, не придётся драться. И точно из блатных: кисти и пальцы сплошь в синеве тюремных партаков, да и молния олимпийки не до конца застёгнута, что-то такое и на груди виднеется.

– Так что за машина? – повторил я свой вопрос.

Худой нервно постучал папиросой по столу и после затянувшейся паузы соизволил ответить:

– «Жучка» белая.

Белые «жигули»? Неожиданно!

Нет – таких машин в городе как грязи, но вдруг это не просто совпадение?

– Кто за рулём сидел, видел?

Мужик наморщил лоб и явно задумался, стоит ли вообще продолжать разговор, и тогда вновь подорвался из кресла обдолбанный урка.

– Ну-ка вали…

Андрей резко пробил ему в грудь, нарк осёкся на полуслове, рухнул обратно и закашлялся, да так будто собирался выхаркать лёгкие.

– Сиди, кому сказано! – рявкнул Дюша.

– Беспредела не надо! – потребовал худой с явственно прорезавшейся в голосе угрозой.

– Мы ни на кого не наезжали, уважаемый. Нам ваши дела до лампочки. Уйдём, больше нас не увидите, – сказал я, примирительно выставив перед собой открытые ладони. – Стас за нас поручился, так сложно на вопросы ответить?

– В падлу, что ли? – веско вставил Фролов.

Худой в сердцах кинул папиросу на стол и злобно глянул на Стаса; тот прикинулся ветошью.