Звезда моя

— Я даже не знал, что у тебя есть брат.

— Мы с Томом были близнецами. Но он погиб в автокатастрофе два года назад.

Поморщившись от болезненных воспоминаний, она позволила пальцам запутаться в его густых черных волосах и снова потянулась к его губам. Когда же он воспользовался приглашением прекратить разговаривать и поцеловать ее, ощущение было сродни опьянению, и все дурные воспоминания тут же улетучились.

— Мне только кажется или ты действительно стала чуточку полнее? — поддразнил он ее.

— В беременности есть свои плюсы, — обольстительно сказала она.

Витале рассмеялся и поцеловал ее так, что у нее перехватило дыхание.

— Не останавливайся, — прошептала Зара, достигнув пика исступленного наслаждения, когда даже эти слова казались немыслимым усилием.

Когда же прилив неземного блаженства схлынул, она была слаба, как котенок.

— Это… вот это было идеально, — дрожащим голосом прошептала Зара. С его плеч ее руки соскользнули на спину, и инстинктивно она начала мягко разминать огрубевшую кожу.

Его мышцы напряглись под ее пальцами, и он мрачно посмотрел прямо на нее.

— Когда я был маленьким, меня избивал мой отчим. Он попал за это в тюрьму.

Зара была в ужасе, на глазах у нее выступили слезы сочувствия, но она поспешила скрыть их.

— Я думала, это мне не повезло с родителями, — печально заметила она, — но, похоже, твое детство было гораздо труднее.

— Пускай нам не особенно повезло с семьями, это не помешает нам самим стать великолепными родителями, — совершенно убежденно сказал Витале. — Мы оба точно знаем, как не воспитывать нашего ребенка.

Зара подумала о шрамах на его спине, о боли, которую ему пришлось вытерпеть, об отчаянии, которое он наверняка испытывал, пока не выбрался из этого кошмара. Она чуть не расплакалась, но сдержалась и ограничилась парой негромких всхлипов и достаточно скромным объятием. Он не хотел зацикливаться на пережитых страданиях и с надеждой смотрел в будущее, с уважением отметила она.

— Моя мать, Паола, вышла замуж за богатого бизнесмена по имени Карло Бариго. Ей было всего восемнадцать, а он был на двадцать лет старше ее, — с трудом произнес Витале вполголоса, уступая наконец уговорам Зары рассказать ей историю, которую она так хотела услышать с самого своего приезда в палаццо в качестве молодой жены.