Звезда моя

— Каким количеством земли располагает поместье?

Он пристально всматривался в ее лицо, такое чистое и выражавшее по-детски нескрываемое восхищение. «Per amor di Dio, — помимо своей воли подумал Витале, — она идеальна!» Эта неожиданная мысль потрясла его."

"— Вся земля в пределах видимости относится к дому. Раньше это было крупное поместье, где возделывали землю, — пояснил он. — Сейчас я хочу показать вам его нижнюю часть, а завтра вы сможете вернуться сюда и все здесь осмотреть. В вашем распоряжении будет машина.

Зара встретила взгляд его удивительных темно-золотистых глаз, проницательных, настороженных, казалось видевших ее насквозь. По рукам Зары побежали мурашки, во рту у нее пересохло.

— Спасибо, это будет очень удобно, — ответила она, стараясь подавить свои ощущения мыслью о Джулиане, о боли и унижении, которые она испытала тогда.

— Prego! — отмахнулся от ее благодарности Витале и провел ее обратно в дом, погруженный в тишину.

В прихожей она наклонилась за сумкой.

— Я возьму, — сказал Витале, опередив ее на долю секунды.

Следом за ним она вышла на улицу и ждала рядом, пока он запирал дом. Он открыл дверцу черного «ламборгини», припаркованного у порога, убрал туда ее вещи и жестом пригласил сесть.

— А где я буду ночевать? — спросила она, забираясь на пассажирское сиденье и нервно поправляя юбку, которая немного задралась вверх, открыв колени.

— У меня. На склоне этого холма у меня фермерский домик. Там вам будет удобно.

 — Все его внимание было сосредоточено на ее изящных коленях.

В чем дело, черт возьми? Было бы логично подумать, что он изголодался по сексу, но это было не так. Витале вносил близость с женщинами в свое расписание наряду с деловыми встречами. У него были любовницы во многих городах Европы, сдержанные и утонченные женщины, которые не ждали от него вечной любви. В его четко спланированной жизни не было места скандалам, сценам или недопониманиям. И ему это нравилось.

Витале построил свою жизнь с нуля и не собирался позволять себе слабости. Он не ждал многого от людей и, разумеется, не доверял им. Если ничего не ждать, меньше шансов разочароваться. Он научился не влюбляться в женщин и вообще не испытывать к ним никаких чувств. Жизнь приучила его думать, что те, кого любишь, всегда бросают, погибают или предают. После того, что он пережил, быть одиноким было больнее, но надежнее, чем чувствовать что-то к кому-то.