Звезда эмира

Овал лица, пухлые губы, изящная форма бровей и темные глаза, все в ней было красиво… кроме взгляда…

— Странно, не думала, что пользуюсь здесь популярностью, — мой голос был осипшим, пришлось напрячься, чтобы ответить и мне это совсем не нравилось…

— Это ненадолго. Скоро о тебе никто и не вспомнит… так же, как и о ней, — девушка кивнула в сторону малышки. Повернув голову, увидела, что девочка, сидевшая рядом, стала заваливаться на бок, выронив яблоко из маленькой ручки. Ее губы приобрели синеватый оттенок, и по моей спине пробежал холодок.

— Что ты… — я не могла больше произнести ни слова и поняла, что не чувствую ног до колена.

— Не стоит пытаться кричать. Уже не сможешь. Завтра вас найдут, а я стану утешением эмира в его горе. И даже рожу ему наследника, а о тебе он больше не вспомнит, — ее лицо исказила презрительная усмешка и, окинув нас с малышкой взглядом, покинула сад.

""Ласковый убийца"", так называется ядовитый корень, которым был смазан срез яблока. Без запаха, цвета и вкуса. В зельях его применяли в качестве снотворного и обезболивающего.

В чистом виде он считается ядом. Сначала отказывают голосовые связки, затем происходит онемение конечностей, начиная с ног и поднимаясь выше. Человек просто засыпает, пока не наступает анафилактический шок, приводящий к смерти.

У меня оставалось меньше пяти минут, прежде чем все мое тело откажется мне подчиняться. Скатившись со скамьи и сорвав с шеи кулон, я попыталась открыть его ослабевшими пальцами. Я могла понять ненависть к себе, но малышка! Чем она помешала?

Мне нужно было успеть открыть его, чтобы дотянуться до губ девочки.

Вырвав зубами крышку, я выронила кулон из ослабевших рук. Времени оставалось все меньше, а мне уже с трудом удавалось держаться на локтях. Если я не успею, девочка умрет. Мелкие гранулы рассыпались по подстриженной траве. Мои пальцы потеряли чувствительность, и я пыталась собрать их, цепляя пальцами траву и частички земли. Из последних сил подняв одну руку, я сунула за губу девочки гранулы и упала без сил…

51

Эмир Карим ибн Ирштан

Новость, принесенная хазнедар, стала последней каплей лишившей меня хладнокровия.

Слова Сафи вызвали во мне бурю негодования! Единственная наложница, которой выпала честь жить во дворце, ставит мне условие, не видеться с ней! Понимая, что именно для того, что бы видеть ее чаще, я и решил поселить ее рядом."

"Безопасность Сафи тоже была в приоритете, но чем дальше, тем сильнее я печалился без ее присутствия.