Наша вина

Может быть, мне следовало перестать пить, и хорошо, что именно в этот момент из динамиков заиграла знакомая песня. Это дало прекрасный повод убраться оттуда.

– Потанцуешь со мной, Саймон? – спросила я, обняв его, пытаясь спровоцировать реакцию Ника.

– Конечно, – ответил он, ставя стопку на стойку и извиняясь перед остальными. Я почувствовала ледяной взгляд Ника на затылке, настолько пристальный, что я почти чувствовала дыру, которую он проделал в моей коже."

"На танцполе люди в основном просто прыгали, а я двигалась в такт музыке.

Повернулась спиной к Саймону и позволила обнять меня за талию. Дрожь пробежала по моему телу, когда он положил мне руку на живот, а его рот начал покусывать мою шею изысканно, чувственно, но вполне пристойно.

– То, что ты со мной делаешь, убьет меня, малышка, – сказал он, и это проклятое прозвище напомнило мне то, как Ник всегда называл меня: «Веснушка»… Я не слышала этого слова слишком долго.

Мой взгляд автоматически переместился к бару, ища его, но его там не было.

Куда, черт возьми, он подевался? Я разыгрывала для него весь этот спектакль, и осознание того, что он не наблюдает за мной, сильно разозлило. Я повернулась, и, прежде чем Саймон смог снова поцеловать меня, извинилась и сказала, что мне нужно в туалет. Вышла из помещения, громко шагая, вздыхая, и к тому же будучи очень пьяной, потому что текила дала о себе очень быстро знать. Но прежде, чем я успела попасть в туалет и добралась до длинной очереди девушек, ожидающих у входа, чья-то рука с силой дернула меня за запястье, выталкивая в переполненный коридор с маленькими мигающими разноцветными лампочками: красными, зелеными и синими. У меня немного закружилась голова, но затем моя спина врезалась в стену, а губы, которые я знала слишком хорошо, прижались к моим.

Сначала я сопротивлялась, потому что не хотела, чтобы он прикасался ко мне, ни к живой, ни к мертвой. Я была зла из-за того, что он был с ней, из-за того, что решил не смотреть танец, который я для него устроила, и что он ничего не сделал, чтобы помешать Саймону прикасаться ко мне.

Где был тот Ник, которого я знала? Что с ним стало?

Его рука взяла меня за запястья и подняла их над моей головой. Я едва могла двигаться, так как его таз прижал меня к стене. Другой рукой он взял меня за подбородок и большим пальцем погладил нижнюю губу. Он ничего не сказал, только опустил голову и ворвался обжигающим языком в мой рот.