Золотой ворон

– Конечно беспокоюсь! Разумеется! – Неловкими словами она, само собой, попыталась оправдаться. – Просто мне всегда нравились благородные вороны. Я была счастлива, когда поняла, что смогу хоть немного поработать в таком великолепном доме. Можно даже сказать, я благодарна отцу, что он пропал.

И это произнесла дочь, отец которой то ли жив, то ли мертв?! Возможно, девушка сама не понимала, что говорила, но ненароком выдала свое истинное желание, и этого хватило, чтобы насторожить Юкию. Она совершенно не смутилась, и он разозлился на нее и решил, что доверять ей нельзя.

– Это ведь ваш родной отец! Разве можно так? – грубо заявил ей юноша, и девушка, кажется, только теперь заметила свою обмолвку.

Она на мгновение напряглась, но тут же снова посмотрела на Юкию.

– Ты ведь и понятия не имеешь, каким негодяем был мой папаша. Но, конечно, у тебя такие прекрасные родители, ты воспитывался ни в чем не зная отказа, так откуда тебе знать, что я чувствую.

Эти слова задели Юкию.

– А может, проблема в вас, раз вы так думаете?

– В каком смысле?

– Я тоже не всегда бываю доволен своей семьей.

– Что ты хочешь сказать?

Юкия понимал, что нельзя продолжать в таком духе, но остановиться не мог. Он резко проговорил:

– Я хочу сказать, что, хоть вы и вините своего отца во всех своих неудачах, нет никаких причин смотреть на меня как на дурака.

Коумэ взглянула на него как на противного червяка.

– А ты говоришь так, будто всего добился сам. А ведь тебя явно растили в любви и заботе. Вот поэтому меня коробит от не знающих тяжелого труда барчуков, – выпалила Коумэ.

– Не говорите того, чего не знаете!

– Это ты ничего про меня не знаешь! А самому никогда не доводилось переносить тяжелые испытания.

Юкия больше не мог выносить пронзительный голос девушки и выскочил наружу.

– Ненавижу тебя! – крикнула Коумэ в спину Юкии и раздраженно пнула корзинку под ногой.

– Правда? – прозвучал голос сзади, и Коумэ подпрыгнула.

– Госпожа?

Интересно, давно она наблюдает за их перебранкой? Коумэ оглянулась. Адзуса растерянно смотрела на нее. За ней стояло несколько слуг с озадаченными лицами. Видимо увидев, как ссорятся молодые люди, они позвали Адзусу.

Никакая мать не будет спокойно слушать, как ругают ее сына.