Золотой ворон

По сравнению с тем, как она выглядела при первой встрече, девушка изменилась до неузнаваемости. И дело не только в одежде. Главное – изменилось ее лицо.

– Ты уже возвращаешься в северные земли? А ты не мог бы задержаться? Дамы в Окагу обещали научить меня модной во дворце забаве!

Коумэ была оживленнее и веселее, чем раньше, но Юкии это казалось ужасно подозрительным.

– Ты ведь с самого начала вела себя так. И на исчезновение отца не обращала внимания…

– Так что поделаешь, если ничего не известно?

– Точно ли? – спросил Юкия, и улыбка исчезла с лица Коумэ.

– Что это ты вдруг?

– А может, ты просто была уверена, что твой отец жив? Ты ведь знала, что он привел обезьян в Тарухи?

Коумэ замолчала. Девушка не знала, как увильнуть. Ее глаза забегали, и она делано улыбнулась:

– Какие странные вещи ты говоришь.

– Странные ли?

– Конечно! Почему ты так решил?

– А вот почему.

Пристально глядя на дрожащую Коумэ, Юкия спокойно сказал:

– Мне передали, что вы с отцом ехали на двух подводах.

Юкия прекрасно помнил повозки в Суго, которыми явно недавно пользовались. В докладе, который доставили во дворец из Тарухи, тоже говорилось, что от старой дороги вели новые колеи – следы от двух подвод. Коумэ с отцом никак не могли вдвоем управиться с двумя подводами, груженными кувшинами с саке.

– На заставе нам тоже подтвердили эту информацию.

По документам Коумэ с отцом ввезли в северные земли одну подводу, но на самом деле на заставе закрыли глаза еще на одну благодаря взятке.

– Ответь мне честно: кто эти двое слуг, которые привезли подводы, но по документам не существуют? – спросил Юкия, делая четкие паузы.

Коумэ слушала его, широко раскрыв свои и так большие глаза и опустив уголки губ. Но, осознав, что заговорить Юкии зубы не получится, глубоко вздохнула.

– Прости. Мы действительно отправились в северные земли вчетвером.

– А почему ты не сказала об этом?

– А меня не спрашивали. Ну, и мы же не очень честным способом провезли их, так что перед благородными воронами мне было неловко о таком говорить. Но так все делают! – Коумэ скривила лицо, нисколько не чувствуя себя виноватой. – Прежде чем обвинять нас, лучше пристыди чиновников, которые берут взятки и закрывают глаза на свои обязанности.