Золотой ключик для Насти. Книга вторая

Думаю, когда она будет покидать родину — супругам предстоит жить на юге, в землях, принадлежащих роду мужа — слёзы польются рекой.

У алтарного камня, лицом к нам, стоял священник в бурой, мешковатой хламиде. Губы сжаты, брови сведены, взгляд как у рассерженного профессора криминалистики. Меня предупредили, что бояться не стоит, что это часть традиции, и я просто улыбнулась в ответ.

По правую руку от священника томился жених. Он имел мало общего с уверенным, улыбчивым парнем, который встречал нас вчера.

Азимут был бледней покойника, а белый, расшитый алой нитью камзол только усугублял картину. Ему тоже улыбнулась, хотя он, конечно, не видел — внимание жениха было обращено на Клиссу.

Честно, если бы у меня была возможность, то я бы тоже только на невесту смотрела. Голубоглазый белокурый ангел в ворохе белоснежных кружев — это что-то. Прежде таких невест только на обложках модных журналов видела. Хотя по нашим меркам платье бедновато — кружева ручного производства очень красивы, но в сравнение с шедеврами современной текстильной промышленности не идут.

Как и ткань, созданная на ручном ткацком станке. Зато силуэт и дизайн идеальные — окажись Клисса и Азимут в каком-нибудь из московских ЗАГСов, все бы от зависти удавились.

Впрочем, дело не только в красоте Клиссы, просто она… тёплая. Её счастье до того заразительно, что сама начинаю светиться как стоваттная лампочка. Чувствую — душа расправляет крылья, а страх, сковавший сердце, тает быстрей, чем первый осенний ледок.

Продолжая следовать за невестой, я ловила чужие улыбки и сияла в ответ. И всё было хорошо, до тех пор, пока не наткнулась на взгляд, исполненный тотальной ненависти. Эрик.

В белом камзоле, частью копировавшем костюм жениха, принц смотрелся роскошно. Он стоял по правую руку от Азимута, держался более чем уверенно. Если б не ненависть, с какой взирал на меня, я бы залюбовалась, а так… Внутри что-то оборвалось, показалось — я не к алтарю иду, а падаю в чёрную пропасть. Я едва не споткнулась.

Безумно хотелось остановиться, развернуться и убежать. И я понятия не имею, откуда взялись силы одолеть три ступеньки, ведущие на подиум, и занять положенное место.

По закону подлости красноволосый монстр оказался чётко напротив. Нас разделял огромный алтарный камень, но мне всё равно хотелось отступить. Хоть на полшага, но отступить!

Ну почему? За что? Я точно знаю, грехов, за которые следует наказывать с такой жестокостью, не совершала.