Золотая лилия

Но вместо этого она выдавила из себя несколько слезинок и выглядела, надо признать, вполне покаянно.

— Я… я перепугалась, — произнесла она дрожащим голосом. — Не знаю, что на меня нашло. Столько всего случилось сразу, и этот человек был такой страшный… Я потеряла самообладание. Мне показалось — я в опасности. Я хотела, чтобы меня никто не трогал…

Она даже меня почти убедила, вероятно, оттого, что ее слова были правдой. Невзирая на браваду, Ангелина очень неспокойно себя чувствовала в Амбервуде. В школе было гораздо больше людей, чем в ее горной общине, и в первую неделю она пребывала в таком шоке, что нам приходилось провожать девушку на уроки.

Мистер Реддинг посмотрел на нее чуть более сочувственно, но не настолько, чтобы изменить свое мнение.

— Я не сомневаюсь, вы пережили неприятные минуты, но страх еще не причина вести себя подобным образом. Травмировать трех человек и повредить дорогостоящую аудиоаппаратуру не вполне адекватная реакция.

Мистер Реддинг недооценил ущерб.

Мне надоели церемонии. Сейчас необходимо все уладить, прежде чем дело зайдет слишком далеко. Я подалась вперед, не вставая со стула.

— А знаете, что здесь неадекватно? Тридцатилетний мужчина — а ему именно столько лет, невзирая на безуспешные попытки молодиться, — хватает пятнадцати летнюю девушку. Достаточно скверно уже то, что он продолжал свои действия, когда она ясно дала попять. что не желает идти с ним. Но суть в другом. Он не должен был к ней прикасаться.

На самом деле он был главой сообщества горных вампиров и многоженцем, но теперь ничего не имело значения. Я перевела взгляд с миссис Вельш на мистера Реддинга и снова строго посмотрела на директора.