Змей и голубка

Но вот о таком я точно никогда не слышал.

– От предков?

Лу продолжала водить пальцем по моей руке. Слегка коснулась волосков на костяшках.

– Ага.

Я ждал продолжения, но Лу, казалось, задумалась.

– Выходит, ведьмино отродье… оно может…

– Она. – Лу резко вскинула голову. – Ведьма – всегда она, Рид. А не «оно».

Я вздохнул, отчасти желая на этом и закончить спор. Но не мог. Будь Лу подругой ведьмы или нет, ей нельзя и дальше так богохульствовать в Башне, иначе все в самом деле могло закончиться костром. И я ей тогда уже ничем не смогу помочь.

Я должен был положить ее иллюзиям конец. Прежде, чем станет поздно.

– Я понимаю, ты так думаешь…

– Не думаю, а знаю.

– …Но если ведьма выглядит как женщина и ведет себя как женщина…

– «Если птица выглядит как утка и крякает как утка…»

– …Это еще не значит, что это утка. То есть… женщина.

– Ведьмы способны рожать детей, Рид. – Лу щелкнула меня по носу. Я моргнул, и уголки моих губ удивленно дрогнули. – Значит, они женщины.

– Но и рожают они только женщин. – Я усмехнулся и в ответ быстро склонился к ней, нос к носу.

Она нахмурилась, и на ее щеках вспыхнул гневный румянец. Не знай я ее лучше, решил бы, что ей неуютно. Я улыбнулся шире, размышляя, что могло вызвать эту внезапную перемену. Моя близость? Слово «размножение»? Или и то, и другое?

– Не говори ерунды. – Она взбила себе подушку и легла. На этот раз осторожно, лишь бы меня не коснуться.

Моя улыбка угасла.

– Мы никогда не встречали ведьмаков.

– Это потому, что их нет. Магия передается лишь женщинам. А сыновей отсылают прочь после рождения.

– Почему?

Лу пожала плечами.

– Потому что им неподвластно колдовство. Моя подруга сказала, что мужчинам дозволено находиться в Шато лишь в качестве спутников, и даже в этом случае остаться там им нельзя.

– Она все это тебе рассказала?

– Конечно. – Лу вздернула подбородок и посмотрела на меня сверху вниз, будто подначивала возразить.

Меня захлестнула досада. Снаружи засвистел ветер, и Лу поглубже закопалась в одеяла.

– Тебе холодно?

– Немножко.

Я подвинулся ближе и поднял руку.

– Примешь ветвь мира?

Она кивнула.

Я прижал Лу к груди и сцепил руки у нее на пояснице. Она снова одеревенела. Такая маленькая. Напряженная. Непреклонная.