Зимний излом. Том 1. Из глубин

Катари и так непросто пережить развод, не нужно напоминать ей еще и об Алве.

Колокол Святой Октавии отбил половину двенадцатого, птицы стихли, но разобрать, где плещет родник, Ричард по-прежнему не мог. Над парком поднялась стареющая луна, светлые блики заплясали по урготскому мрамору, казалось, быко-человек хмурит нависшие брови и что-то бормочет в кудрявую бороду.

Столбы холодного света, черные стволы, вцепившиеся в ветки звезды и тишина... Оставаться на месте было глупо. Ричард пошел туда, откуда доносился колокольный звон, и сразу же услышал шаги.

Кто ее пустил в Старый парк? Ах да! Альдо сносит усыпальницу узурпатора, наверное, кляча принадлежит каменщикам или мусорщикам. Отвязалась и разгуливает по парку. Она вряд ли укажет дорогу, и все равно, лучше лошадь, чем ворон. Ричард пошел на звук и почти сразу оказался где хотел. Он не ошибся и не заблудился, просто в сумерках все выглядит иначе, чем днем.

Лошадь отстала, может, нашла еще живую траву? Показался вековой каштан, Дику почудилось, что меж узловатых корней сидит огромная собака, но это был всего-навсего камень. Большой, серый, недоверчивый. Он кого-то ждал, долго, очень долго...

Аллея уперлась в лестницу, пологие ступени замела жухлая листва. Сквозь сухой, навязчивый шорох проступил плеск воды – Дикон все-таки дошел до родника.

"Юноша невольно залюбовался застывшим в танце крылатым созданием, неуловимо напоминавшим Катари, но исполненным счастья и радости. Какая красота, и как не похоже на украшавших дворцы и парки дев и воинов! Нужно заказать для Надора копию и поставить на скальном выступе, что напротив главной башни. Наверняка мраморную танцовщицу привезли из Гальтары.

Вновь послышался стук копыт, но Дикон не оглянулся, зачем? Утром рабочие поймают беглянку, а пока пусть гуляет в свое удовольствие. Налетевший ветер пах дымом, снегом и хвоей.