Зимнее солнце (СИ)

На вскидку Николаус мог дать ему лет сорок, может больше.

- Ты кто такой? - капитан окинул его нечитаемым взглядом и нахмурился, словно увиденное ему чем-то сильно не понравилось. - Ну?

- Я… Я Николаус.

- И? - да, капитан явно был не в духе. - На вора ты не похож.

- Я… мне нужна помощь, - Клаус потупил взгляд и на одном выдохе выпалил. - На нашу деревню напали варвары, отец приказал мне бежать. А потом я наткнулся на вас. Но это было случайно, правда!

Со стороны послышались негромкие разговоры. Солдаты с явным интересом поглядывали на него и что-то обсуждали.

- Ты убежал из деревни прямо так? Без вещей и еды?

- Нет, сэр. У меня есть рюкзак. Он там в лесу… вместе с братом.

Воин чуть приподнял брови, видимо, выражая тем самым крайнюю степень удивления или заинтересованности.

- Значит так. Донателло, Олбридж, идите с парнем и возвращайтесь быстрее. У нас не так много времени.

Николаус любил лошадей. Он мог часами любоваться этими чудесными грациозными животными.

- Он восхитителен, сэр, - Клаус обернулся к капитану с широкой улыбкой.

- Его зовут Амброзиус. И не дергай его сильно за гриву, он спасибо не скажет

- А вас? Как вас зовут?

- Можешь звать меня Габриель.

- Спасибо, Габриель, что помогаете мне и моей деревне.

- Скажем так, парень, южные варвары - одна из причин, почему я здесь, а не рядом со своим королем.

Как оказалось чуть позже, от деревни он ушел действительно далеко, хорошо хоть направление правильно запомнил. Когда он вновь оказался недалеко от дома, хватило одного взгляда сквозь деревья, как стало понятно, что варвары были беспощадным. Вокруг стояла оглушающая тишина, даже птицы не пели.

- Тебе лучше остаться здесь с одним из моих людей, - Габриель обернулся через плечо.

- Но там мой отец! Я должен! - Николаус вцепился в одежду капитана, и тот тяжело вздохнул. - Пожалуйста, сэр.

- Только не смей слезать с лошади, иначе выволоку из деревни за шкирку.

Юноша поджал дрожащие губы и согласно кивнул.

…

Его отец лежал на кровати с закрытыми глазами и тяжело дышал. Под голову ему подложили несколько подушек, чтобы хоть как-то облегчить страдания, но особо это не помогало.