Зимнее Сердце (СИ)

Это лучший друг, который надеялся на него и на его изобретательность, чтобы убивать людей много лучше, чем обычно. Дом - это человек, заменивший ему отца, а он не был уверен, что может ему доверять.

Без Старк Индастриз никто из этих людей не нашел бы ему применения. Несомненно, Роуди. Роуди - его друг, а, в конечном итоге, больше всех осуждал решение Тони закрыть производство оружия. Обадая, вероятно, поплыл бы по течению: он - бизнесмен, и нуждался в бизнесе, чтобы выжить. И Пеппер. Без ее имени в платежной ведомости не было никаких причин тратить ее время.

Этой ночью Тони ложился спать, думая, что она может делать сейчас. Обадая найдет ей место в компании, спору нет. Он поступит как идиот, если не найдет: Пеппер была на вес золота. Она квалифицированный, терпеливый, дальновидный сотрудник, и высказывалась всегда напрямик, вне зависимости от обстоятельств. Найти работу без Тони Старка не станет для нее проблемой.

Мысль, что брешь после его смерти или постоянного отсутствия что-то заполнит, отрезвляла и радовала.

Размышления беспокоили его намного больше, чем следовало бы. После всего случившегося, на этот раз он сам выбрал свою судьбу. Возможно, это эгоистично - мысленно противиться идее, что он был заменимым, или что его друзья могли двигаться вперед, даже потеряв его. Роуди не мог – он продолжал разыскивать его все три месяца, пока Тони держали в плену. Но продолжал бы он три года? Десять лет? Тринадцать? Конечно же, нет – Тони никогда не сближался ни с кем настолько, чтобы стать кому-то близким.

Он несколько часов вертелся в своей огромной кровати, пока не разогрелся и не поднялся, чувствуя как роится под кожей елозящий зуд бездействия. В такое время, когда в его голове становилось слишком громко, а невыносимое давление сдавливало плечи, он будил Джарвиса и создавал что-то новое – безумное и удивительное.

Около полутора часов он блуждал по вымершим коридорам, босыми ногами ощущая прохладу камней. Добравшись, наконец, до дверей своей спальни, Тони, усталый и замерзший до костей, пытался сделать вид, что совсем не разочарован пройденным в одиночестве путем.