Зима волка

Зеб попытался подавить очередную волну смеха. Клянусь Богом, он не смеялся так сильно… никогда. Мужчина прислонился к дереву и наблюдал за ней. Хорошенькая маленькая самка, ее волосы блестели золотом на солнце, а крошечный носик сморщился от отвращения. Обычно она краснела от смущения, но сейчас ее кожа была ровного кремового цвета. Ее груди были великолепно большими, с сосками того же цвета, что и губы. Его руки дрожали от желания прикоснуться к ней.

— Ты все еще голодна?

Она отвела взгляд от кровавого месива и покачала головой.

— Возможно, я больше никогда не буду есть.

Он кивнул и обратился в волка, задержавшись достаточно долго, чтобы прикончить крысу. Хорошая закуска — хотя, судя по тому, как волчица прижала уши, она, вероятно, не приняла бы сейчас его приглашение на обед.

***

Бри последовала за Зебом через небольшой ручей к своему домику. Ее мышцы были разогретыми и напряженными от бега. Подняв нос, она проверила воздух. Древесный дым из сторожки, затяжной аромат овсянки после завтрака, какой-то грызун в корнях куста на углу.

Когда она превратилась в человека, ветер хлестал вокруг ее тела, заставив слишком остро ощутить отсутствие одежды.

Очевидно, оборотни не беспокоились о наготе.

А она, да. Она положила руку на дверную ручку, намереваясь как можно скорее надеть джинсы и рубашку, которые оставила внутри.

— Подожди, Бри.

Она обернулась.

Все еще обнаженный, Зеб подошел к ней так близко, что его тепло проникло в нее сквозь холодный полуденный воздух.

Она сделала шаг назад и наткнулась на закрытую дверь.

— Эм. Что?

Мускулы перекатывались по его рукам и плечам, когда он положил одну руку на стену и оперся на нее. Под черными волосами на груди, шрамы покрывали его кожу различными узорами — и ее живот сжался, когда она поняла, что некоторые из- них, должно быть, оставили когти адского пса.

Он рассказывал, как они с Шеем сражались с чудовищами, что они были кахирами, которые охраняли Даонаинов.

Ниже, на животе у него были те самые шесть кубиков, которыми мужчины любят хвастаться, а его мужской инструмент был… — она резко подняла взгляд. Жар залил ее щеки.

Он ничего не сказал, но выражение его лица изменилось, как у мужчины, смотрящего на женщину, которую он хочет.

— Гм, ты что-то хотел? — Да уж, не очень удачная фраза.