Жнецы ветра

За это я их уважаю. Кстати говоря, что ты намерен делать с варваром и болтуном?

– Не знаю. Еще не решил.

– Их рассказ слишком необычен. Они могут быть шпионами. Или дезертирами. И те и другие заслуживают петли."

"– Крейг говорит, насчет Врат эти люди не ошиблись. Однако он не уверен, что они те, за кого себя выдают. Меня больше успокаивает реакция Юргона на их ответы. Кроме того, один из них – северянин. Этот народ слишком не любит темных, чтобы быть с ними заодно.

Водер рыкнул, словно медведь:

– В начале лета я думал точно так же.

– Ты во всем прав. Но рубить сплеча я не хочу. Следует разобраться.

– Не спорю. И не заставляю лишать их жизни. Мы не набаторцы. Однако выпускать их тоже не стоит. Северяне без веревок приобретают очень неприятную особенность становиться опасными противниками… Хватит стоять под дождем.

Рандо, не споря, последовал за родичем.

– Люди говорят, мы угодили в дурное место, – задумчиво проводив взглядом намокшую, едва поднимающую крылья ворону, произнес Водер. – Мне не нравится здесь. Странная деревушка.

– Не узнаю тебя, дядя.

– Я сам себя не узнаю, – гигант нахмурился. Помолчал. Потом мрачно произнес: – Когда сюда прибыл передовой отряд Глума, все было точно так же, как сейчас. Ни души. Если, конечно, не считать нескольких исклеванных птицами висельников.

– Жаль, у нас нет хорошего следопыта. Возможно, он смог бы увидеть больше.

– Ребята нашли немного крови рядом с одним из овинов, но тьма теперь разберет, чья она – человеческая или овечья. Следов много, но они старые. И почти неразличимые. Кажется, не повезло лишь тем крестьянам, которые попались в объятия Тощей вдовы[3]. Остальные успели уйти в лес.

– Значит, они могут вернуться.

– Не думаю. Вооруженные люди должны их здорово пугать.

– В любом случае предупреди часовых.

– Уже предупредил.

Юргона возле колокольни не оказалось. Рандо толкнул дверь, и та бесшумно распахнулась. Оглядев помещение, он заметил в дальнем углу грубо сколоченную винтовую лестницу и под жалобный скрип рассохшихся ступеней начал подъем.

На середине пути его окликнули. Назвавшись и стараясь не сбить дыхания, рыцарь преодолел последний участок.