Жнец

В назначенный час, ровно через трое суток, в день зимнего солнцестояния Каин призвал нас к себе. Зал Призыва был всё так же велик и яркий свет только что зажженных факелов не рассеивал тьму, скрывающую потолок, что не мешало бы нам видеть все так же чётко, как при свете дня видит человек, если бы чуть выше колон окружающих алтарь не клубился тёмный непроглядный туман. Восьмиугольный постамент в центре зала был всё так же испещрен символами. Теперь я знал, что это руны силы, они часто попадались мне в моих изысканиях, я даже пытался использовать их в некоторых своих экспериментах, впрочем, не добившись больших успехов из-за недостатка информации.

Каин видимо знал о них неизмеримо больше, но не спешил посвящать меня в эти знания, хотя, и видел во мне предрасположенность к тайным наукам. К старым рунам, видимым мною прошлый раз, добавилось много новых. Мы, конечно, бывали здесь много раз, но обычно алтарь был скрыт чёрным сукном, а нам предписывалось не отрывать взгляд от пола, находясь в зале. Как я уже говорил по окружности вокруг постамента вместо бывших здесь ранее саркофагов теперь стояли колонны. Каждая около двух метров в высоту и полметра в обхвате, с каждой свешивалась посеребрённая цепь, последнее звено которой было кандалами. На каждой был выбит знак, такие же знаки красовались на стягах дарованных каждому из нас Каином. Колонна каждого была отмечена и предназначалась только ему.

Как гром среди ясного неба поразило меня понимание. Всё бывшее до этого: наше перерождение, обучение, последующая война, воспитавшая нас и позволившая нам войти в силу, поражение - лишившее нас верных полукровок, готовых гореть за нас в адском пламени и оставившее нас один на один с Каином, всё это лишь подготовка к ритуалу должному пройти сегодня.

Тысячу лет создатель воспитывал и откармливал нас как свиней на убой. Но, чёрт возьми, такое упорство в достижении цели вызывало восхищение. Я поразился мудрости и терпению своего хозяина. Планировать что-либо это лишь часть дела, воплощение в жизнь всегда несоизмеримо труднее, тем паче растянувшееся на тысячу лет. Вся моя жизнь была лишь частью этого ритуала. Я был создан для его проведения и в последний миг не нашел в себе сил отказаться от замысла создателя. Когда остальные двенадцать апостолов бросились в бой, я преклонил колени и опустил голову перед владыкой воистину достойным быть равным небесным ангелам.

Знахарь замолчал, глядя в пустоту перед собой.