Жнец

Несмотря на то что перворожденный всегда стоял рядом и почти не сопротивлялся, деревяшка лишь рассекала воздух совсем рядом с ним, так ни разу и не прикоснувшись к телу эльфа. Сет уже стал подумывать, что Диграсса и вовсе бестелесный дух настолько близко клинок пролетал мимо, не встречая никакого сопротивления, когда капитан вдруг сделал неуловимое движение и сбил жнеца с ног.

- Ну что ж. Определённые навыки у тебя уже имеются. Могу дать несколько советов. Во-первых, не держи клинок обратным хватом, для начинающего воина это чревато возможностью задеть самого себя.

Такое оружие как Ненависть не прощает промахов даже своему владельцу. Будешь использовать его так, когда наберешься опыта. Во-вторых…

Перворожденный стал объяснять и показывать и снова объяснять. Ничего сложного в том, чему он обучал Сета, не было. Многое тот знал и сам, различия заключались лишь в определённых позах и напряжении или расслаблении определённых групп мышц, слегка изменённом наклоне лезвия при атаке, перенесении точки опоры на другую ногу, даже замены выдоха на вдох при ударах.

Однако использование этих маленьких хитростей совершенно меняло стиль боя. Сет просто физически ощущал, как меняется скорость, и сила удара, если делать, так как говорит капитан. И ещё у него было одно большое преимущество, перед другими учениками: проделав движение один раз, его тело навсегда запоминало последовательность действий. Нужда в повторении начисто отсутствовала. Даже Диграссу несколько обескуражило, что Сет, за каких то четыре факела умудрился запомнить и главное идеально воспроизвести столько финтов, сколько иные подопечные капитана учили месяцами.

Напоследок эльф преподнес жнецу ножны для Ненависти и объяснил причину, по которой эти клинки снискали дурную славу. Лезвие короткого меча не было цельным. Дымчатая сталь клинка, с помощью специальных условий ковки, была испещрена множественными отверстиями и углублениями. В сердцевине же лезвия была небольшая пустота. После кузнечных работ клинок на неделю помещали в ядовитый мох выращиваемый перворожденными.

Мох врастал в лезвие и навсегда оставался опасным гостем меча, питаясь влагой оседающей на нём и кровью жертв. Яд, выделяемей этим растением оправданно считался одной из самых жутких субстанций - вызывая неимоверные приступы боли при соприкосновении с нервными окончаниями жертвы. Впрочем, многие рассказы о жутких смертях от него, были просто сказками, яд не являлся смертельным.