Живучий

Хотя в идеале, если все пойдет так, как задумано, я не говорю по плану, а хотя бы в нужном нам направлении, то это как минимум сможет показать, кто действительно тут является решающей жизненно важные вопросы силой. К тому же эльфы заявят о том, что они не просто еще одна раса случайно или нет, оказавшаяся тут. Раса, которая в силу определенных особенностей является объектом постоянного преследования и нападений. Нет, это те, кто не прощает покушений на свою жизнь и свободу, кто готов бороться за нее и кто покарает даже своих собственных соотечественников, которые забудут об этом.

– Что вы, кстати, сделали с их телами?

– С тем, что от них осталось, – усмехнулся он, идя рядом.

– Ну да, – согласился я.

– Собирались сегодня сжечь, – пожал бывший рейнджер плечами.

– Не нужно, – сказал я ему, – они нам будут очень необходимы в другом качестве.

Эльф кивнул мне в ответ и посмотрел в сторону поселения, к которому мы приближались.

– Какие еще будут «советы»?

И последнее его слово было явно произнесено с некоторой долей язвительности.

Я лишь усмехнулся ему и ответил:

– Хорошо, тогда дальше.

После чего посмотрел уже на обоих местных лидеров, тролля и Неуса.

– Мне нужны самые сдержанные, самые хладнокровные и при этом самые жесткие ваши воины. Около пятидесяти бойцов. – И я перевёл взгляд на эльфа.

– Твоих людей я уже видел в деле.

Неус хотел что-то произнести, но я его опередил:"

"– И главное, это должны быть не вы. Вы руководители и голова. Отвыкайте все делать своими руками, привыкайте думать. В вашем случае это более важные качества. Люди будут уважать и бояться не лично вас, а тот страх, что стоит за вашей спиной. И его от них должны отделять именно вы. Люди должны четко понимать, что только вы являетесь той тонкой сдерживающей границей, которая отделяет тот ужас, который вы контролируете и держите в своих руках, от них самих.

И тролль, и эльф кивнули мне в ответ.

– А что это за ужас? – тихо спросила Маша.