Живой журнал

Кстати, что это она там слушает?

«I’ll soon be gone now —Forever not yours.It won’t be long nowForever not yours16», —звучит высокий голос Мортена Харкета. И тут мне на ум приходит одна мысль: вообще-то, если сопоставить виденный мной фоторобот брата Иры, то он, с его синими глазами, был бы очень похож на норвежца Харкета. Кошусь на Красную Шапочку. Так вот, чем обусловлена эта лёгкая асимметрия её черт и некая андрогинность сущности. Такое у близнецов бывает, как у меня с сестрой. Мы с Дианой часто думаем и действуем, словно две половинки.

Теперь я откровенно разглядываю Иру. Она, в свою очередь, бросает на меня недовольной взгляд, но при этом явно вслушивается в слова песни. Вот же чёрт, вот же гадство-то, а? Да она же там настроение ловит! Попросить её выключить эту музыку? Но я боюсь сделать только хуже, потому что пальцы Иры уже неосознанно тискают руль. Кстати сказать, автомобиль Самойлова ведёт левой и действует довольно уверенно. Ни колец, ни украшений на её левой руке нет. Перевожу взгляд на правую руку. Пальцами правой Ира судорожно вцепилась в стройную коленку. На тонком запястье красуются матово-чёрные новомодные часы от «Michael Kors» и два прикольных браслета. Один — чёрный, кожаный, второй — каучуковый, с золотыми вставками. Смотрится всё это довольно стильно, вместе с кольцами в её ушах, но я снова перевожу взгляд на её пальцы.

«Так и не вышла ты замуж, Ира. Интересно, и чем тебе твой Зайка не угодил? Неужели всё дело в измене? Или — у тебя еще кто-то есть, любовь к кому не проходит вечно?» — с иронией думаю я.

Почувствовав моё неприязненное внимание, Красная Шапочка покусала губы, потянулась к карману куртки и достала оттуда початую пачку «Esse One». Левой рукой ловко выбила сигарету из пачки. Прикурила и, отгоняя голубой дымок, снова помахала левой рукой. И левой же открыла окно со своей стороны, выпуская дымок наружу.

— Слушай, а ты ведь левша, да? — осеняет меня. Ира коротко кивает.

«Надо же, Самойлова — и левша. А я и не знал этого…»

Подтягиваюсь на сидении повыше и устраиваю поудобней своё больное плечо.

Шрам дёргает так, что мне выть впору. Но я снова прикрываю глаза. Чувствую, как Ира тайком косится на меня. На третьей затяжке нервно сминает в пепельнице сигарету.

— Андрей, где тебя высадить? — спрашивает отрывисто.

— В моей квартире, у аптечки с лекарством, — лениво отвечаю я, и, игнорируя возмущённый взгляд женщины, показываю свой подъезд и место, где можно остановиться.