Живой журнал

Для того, чтобы открыть её, требовался пароль — всего четыре буквы.

«МИТЯ», — ввёл Фадеев в диалоговом окне. И папка открылась.

— Ваш договор будет готов через три минуты, господин Кейд.

— Я знал, что вы мне не откажите.

@

5 апреля, 2015 года, воскресенье, утром.

Живой Журнал Андрея Исаева. Запись №2.

«09:38. Сижу на пересечении Кутузовского с Минской, в «Четырёх временах года». Доедаю свой нехитрый завтрак, допиваю кофе. Одним глазом кошусь на молоденькую официантку лет двадцати с коротким чёрным хвостиком и быстрыми, как у козы, ножками.

Девчонка летает между столиками, кокетливо улыбается ранним посетителям и делает вид, что она — фея. И эта Фея мажет по мне глазами и, кажется, всерьёз готова исполнить одно моё желание. А может, и не одно… Я равнодушно перевожу взгляд за окно. Мне нет до этой Феи ровно никакого дела. Я смотрю на свободный в это время Кутузовский проспект с оттенками серого и голубого. И думаю я о том, что при желании можно переложить любую дерьмовую историю жизни в какую—нибудь славную сказку.

Одну такую «сказочку» я сейчас расскажу…"

"Апрель 1996 года. Мне тринадцать с половиной, я учусь в восьмом классе, в четверти мне грозит «пара» по английскому, а в перспективе — ПТУ. Под нажимом Дядьсаши (который, кстати сказать, занимался мной чаще, чем мой родной папа Сережа) я отправился на занятия к репетитору. Доехал до станции метро «Алексеевская», выбрался в город и сверился с запиской, которую Дядьсаша вручил мне. По ней я быстро нашёл старый белый двенадцатиэтажный дом, в котором не было лифта.

Поднялся по крутой лестнице на пятый этаж и нажал на кнопку звонка. Раздались соловьиные трели, дверь открылась, и я увидел пожилую женщину с добрым лицом и мудрым, знающим взглядом.

— Здравствуй. Ты Андрей? — любезно спросила она меня. Голос у неё был гибким, блестящим — настоящее сопрано, которое проникает во все уголки души. Одним словом, голос мне понравился, и я очень вежливо сказал:

— Ага. А вы — учительница английского, Марина Витальевна Абрамова?

— Да.

Ну, проходи, — приглашает меня женщина, — и на беспорядок внимания не обращай: мы с Аришей только неделю назад переехали.

Переступаю порог дома и оглядываюсь: точно, переезд. Коробки, ещё неразобранные вещи, бесчисленные связки с книгами. Но бардака и грязи нет, и мне это нравится.

— Не разувайся, — глядя на мои ноги, говорит женщина. — Не люблю я эту новомодную барскую привычку заставлять гостей летом туфли снимать.