Женщины Цезаря

Этнарх вопросил чужаков: «Кто из вас великий Деметрий, вольноотпущенник блистательного Гнея Помпея Магна?» Мунаций Руф и трое рабов хохотали до упаду, и даже Афинодор Кордилион, взглянув на лицо Катона, засмеялся. Но Катон ужасно рассердился! Он не видел в этом ничего смешного. Особенно если учесть, что вольноотпущенник блистательного Магна великий Деметрий – такой надушенный сутенер!

История была хорошая, и Цицерон искренне веселился.

– Я слышал, Гортензий быстро похромал обратно в Мизены.

– Это его вторая родина – там он разводит свою рыбу.

– И никто из мятежников не сдался, чтобы воспользоваться амнистией сената, Марк. Чего нам ждать в следующий раз?

– Хотел бы я знать, Тит, хотел бы знать!

Никто не ожидал, что следующим инцидентом станет появление в Риме депутации аллоброгов, галльского племени с верховьев реки Родан, что в Дальней Галлии. Возглавляемые одним из своих вождей, известным под именем Брог, они прибыли в Великий Город, чтобы предъявить протест в связи с притеснениями такими сенаторами, как Гай Кальпурний Пизон, и ростовщиками, действующими под маской банкиров.

– Кажется, мы ничего не добьемся, Умбрен, но мы вернемся, если я смогу убедить племена быть терпеливыми. Есть ведь среди нас и такие, кто поговаривает о войне.

– Что ж, Брог, у аллоброгов это давняя традиция – воевать с Римом, – сказал Умбрен. И вдруг блестящая идея возникла у него в голове: – Вспомни, как ты заставил Помпея Магна удирать, когда тот пришел в Испанию, чтобы сражаться с Серторием.

– Я считаю, война с Римом бесполезна, – мрачно заметил Брог. – Его легионы – как жернова, они перемалывают без всякой жалости. Убьешь их в сражении, скажешь себе – ты победил, а в следующий сезон они появляются вновь – и все начинается сначала.

– А что, если в этой войне некоторые римляне тебя поддержат?

Брог удивился:

– Я не понимаю!

– Рим – не единое целое, Брог, он разделен на множество фракций.