Жених в гробу (СИ)

«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки»

Каньер рассказал, что после гибели Кайсы Юлий как-то затих и не слишком блистал на занятиях, отчего предложения о личном ученичестве не получил. Не особо расстроившись, он отправился покорять столицу и королевский совет.

У старого короля тоже была целая куча советников, и одним некромантом больше, одним меньше — никто бы среди советников не заметил. Каньер сам точно не знал, но предполагал, что Звояру этого было мало.

— Я видел его при дворе несколько лет спустя на большом балу в честь юбилея университета, — призрак пожевал губу.

Я понимающе закивала. Неблагодарность расстраивала тем сильнее, чем старше человек. А Каньеру даже при жизни было больше сотни, да он там взорваться уже должен от обиды!

Я предполагала, что мои родители тоже обижены и притом немногим меньше Каньера, но эту мысль думать совсем не хотелось, и я вернулась к рассказу старого декана.

По словам Каньера, мальчиком юный король Флин рос недобрым, мучил лягушек, служанок и очень любил охоту. Как мы уже знали, у Звояра успела появиться дочь Барбара, но то ли он пожалел дочь — что вряд ли, то ли принц не соблазнился ее внешними данными и не самым приятным характером, но Барбары рядом с принцем Каньер не помнил.

— А потом Флин решил узурпировать власть, — Каньер покачал головой. — Такой юный, такой пылкий. На ту охоту они отправились со всей свитой, но вернулись без короля, без некроманта и без юной девушки, что была на охоте подле некроманта.

Перед моими глазами словно вживую вставали картины. Я ни разу не видела королевской охоты, да что там, даже завалявшейся графской или баронской охоты мне увидеть живьем не удавалось. Похоже, после того как старый король не вернулся с таковой, охота перестала быть модным развлечением.

Лес уже пах пряно и тонко осенью, деревья роняли каштаны и желуди, прикармливая крупных кабанов и резвых кабанчиков-однолеток. Но короли не охотятся на кабанов. По крайней мере, этот король точно не охотился.