Женись на мне

Я проигнорировал ее слова. Я это не для нее делаю. И даже не для Веры, которая, возможно, не примет себя другой. Я законченный эгоист и делаю это только для себя. Это я хочу, чтобы Вера была жива и невредима.

— Думаю, достаточно. — Объявил Максим через пять минут и выдернул из меня иглу, прижав место прокола ватой.

Я сел на кушетке и посмотрел на Алиску. Та крутилась возле моей жены.

— Давление растет, — пробормотала она. — Сатурация тоже. Температура выше средней и повышается дальше. Возможно, адаптация….

Я обреченно сидел на кушетке и ждал.

— Она приходит в норму.

Услышал, подняв голову. И огляделся. На улице было уже темно, в палате находились только я и Алиска, следящая за состоянием Веры. Наверное, я задремал. Хотя, я же смотрел на Веру, улавливая каждый ее вдох.

— Что? — Хрипло уточнил.

— Показатели Веры почти человеческие. Отклонений никаких нет. Завтра утром я возьму кровь на анализ и точно буду знать. — Алиса хоть и следила за пациенткой, но старалась держаться от меня подальше. — Вам бы поесть, — нервно пролепетала она, когда встретилась со мной взглядом.

— Когда Вера придет в себя? — Проигнорировал я ее пожелание.

— Судя по тенденции, то дня через два. — Отчиталась она.

Я кивнул.

— Пусть Антон привезет мне и Вере чистую одежду. Я сам ее переодену.

— А еда? Вере Родионовне я капельницу поставила, а вам тоже нужно есть. — Попыталась она хоть что-то сказать.

— Иди. — Рыкнул я на нее и, встав на ноги, подошел к жене, когда дверь за Алиской закрылась. Мягко прошелся пальцами по ее щеке, чувствуя даже через перчатки тепло бархатной кожи. — Ты больше никогда не отойдешь от меня ни на шаг. — Пообещал лежащей передо мной девушке.

Глава 25

Вера"

"Я плавала в тяжелом мареве. Было такое ощущение, что я лежу в киселе и не могу вздохнуть. А иногда мне казалось, что я истекаю кровью. И в то же время рядом было что-то теплое, светлое, нужное, то, ради чего стоило жить, дышать, бороться. Стоит только дотянуться, пересилить себя, дотерпеть.

— Черт! Она уже три дня спит. Ты говорила о двух! — Ворвался в мое сознание до боли знакомый голос.